Но не того человека он захватил. Не надо выкупа. Не надо подполковнику Евсееву занимать где-то астрономические для простого офицера суммы... Анатолий сам спецназовец. Спецназовец ГРУ и прошел под руководством того же подполковника Евсеева хорошую школу. Он сам себя освободит...
* * *Утро пришло, как обычно, тонкой полоской света над головой. Как назло, спать захотелось. Еще бы не захотеть спать, если половину ночи цепями звенел, ворочаясь с боку на бок от мыслей о мести и о свободе. Но в эту ночь пришло в голову главное – ни на кого не следует рассчитывать, кроме самого себя.
Силы пока есть... Зимой, если придется здесь зимовать, силы убавятся. Значит, следует всерьез к побегу готовиться и не откладывать, в надежде на помощь извне...
Глава 3
1
Руслан дыхание переводил с трудом. Он долго еще будет так его переводить, если вообще проживет долго, в чем Виктор Васильевич сильно сомневался. Руслан важный свидетель, который знает, кто здесь работал. Такого свидетеля оставлять в живых нельзя.
Тем не менее, придя в сознание, первый помощник Алиахмета Нуровича в первую очередь постарался привести в порядок дыхание. Это интуитивное желание бывшего спортсмена, как понял Евсеев. Но он же знал и другое – когда травмировано «адамово яблоко», дышать еще долго будет больно. А Виктор Васильевич умышленно нанес эту болезненную травму, чтобы Руслан постоянно чувствовал боль и это напоминало бы ему о невозможности сопротивления. Простой удар, похожий на женскую отмашку, когда кончики пальцев вроде бы только вскользь задевают горло противника.
Но при этом кончики пальцев были сжаты и напряжены до состояния камня, а сам удар, направленный от пояса человека, наносится резко и хлестко, как будто бьет плетка. И при этом в самый момент соприкосновения с горлом противника дополнительную резкость создает доворот кисти наружу. Хрящевые ткани «адамова яблока» такое кратковременное соприкосновение выдерживают, не ломаются, что могло бы лишить человека возможности говорить, однако создаются множественные кровоизлияния и микротравмы, которые долго еще заставляют дышать с болью и не позволяют глотать слюну без стона, который, в свою очередь, тоже вызывает боль, хотя и не такую сильную.
Руслан перевалился набок, ненароком придавил себе простреленную руку и коротко застонал. Тут же попытался второй рукой пережать ранение, чтобы так не бежала кровь, но с удивлением обнаружил, что вторая его рука пристегнута наручником к ножке сейфа.
