Сестра у него единственный родной человек, но сам Степка простой как пять копеек, и гнилья я во время общения за ним не заметил. Дурак, что не пришел сразу к Гудкову или Расторгуеву с этой проблемой. Ведь сестру скорее всего ему никто возвращать и не собирается. Вот и сегодня, когда после выполненного дела должна была состояться передача девушки, на встречу просто никто не пришел. И даже глупый Степа понял, что его просто обдурили. Сейчас он сидел, и фактически прощался со своей жизнью, которая явно закончится на каторге из-за содеянного, но главное конечно, это потеря семьи.
Он наматывал слезы на кулак и пил горькую.
— Соберись, слезами делу не поможешь. Не будем мы тебя на каторгу отправлять. Не ты, так другого нашли бы таким же образом или просто подкупом. Проблему будем решать по-другому. А ты возьми себя в руки нам еще твою сестру надо вызволять! — сказал я, сам при этом понимая, что вероятнее всего девушки уже нет в живых.
Степан поднял на меня свои зарёванные глаза, и, кажется, в них появилась небольшая надежда, что его жизнь может еще вернуться в прежнее русло.
— Приводи себя в порядок и завтра на работу приходи.
— Спасибо вам! — проговорил он, опустив глаза и поклонившись с благодарностью.
На следующий день, ровно в девять утра, прибыла целая делегация от купца Загибатова.
— Что это за цирк такой? — подумал я вслух.
Хотя, по сути дела, мы ожидали чего-то подобного. Весь этот спектакль был разыгран явно не просто так. Поэтому мы приехали на предприятие заблаговременно.
Здесь уже находился Томских Андрей Михайлович, ну и вся наша банда, с которой мы прошли немало испытаний. Поэтому и эта история, конечно же, ни в коем случае не могла нас сломить."
"Так вот, сам купец Загибатов прибыл не один. Во-первых, у него была силовая поддержка — четверо крепких мужчин. Сразу же видна их военная выправка. У двоих под сюртуками явно угадывались силуэты огнестрельного оружия.
Кроме того, вместе с Загибатовым был человек, которого я опознал сразу — юрист.
Такого я вычислю за версту. Причём если наш Андрей Михайлович Томских, с которым мы ведём дела уже довольно продолжительное время, и внешне, и в общении вызывает положительные эмоции, то этот кадр, что приехал с Загибатовым, своими бегающими глазками с явной хитринкой абсолютно никакого доверия не внушал.
— Здравствуйте, Олег, — подошёл Загибатов к Расторгуеву.
— Здравствуйте, Павел Тимофеевич, — протянул он руку Гудкову.
