Хотя сам я долго болел.
– Поехали домой, дочка, – улыбнулся горец, погладив девочку по щеке.
– Подожди, мне же вещи забрать надо и Карагеза, – тут же вскинулась она.
– Он жив? – удивился Арслан. – Я думал, ты его загнала, пока убегала.
– Живой и здоровый, – усмехнулся Елисей. – Сильный жеребец.
– Понравился? – понимающе усмехнулся горец.
– Понравился, – не стал спорить парень. – Но это ее конь. Он ее любит. Заходите, почтенный. Я вас с бабушкой познакомлю, – добавил он, открывая ворота.
Горец слегка замялся, но потом, отдав поводья своего коня одному из сыновей, что-то негромко приказал.
Потом, одернув черкеску, решительно шагнул на территорию станицы.
«А ведь он мора боится, – сообразил Елисей. – Но молодец мужик. Марку держит. Ради дочери даже в вымершую станицу вошел».
Они прошли во двор бабкиного двора, и Елисей едва не споткнулся на ровном месте. Пока они там проводили опознание и болтали, Степанида успела вскипятить воду на чай и накрыть стол. Чашки, мед, варенье, не хватало только свежей сдобы, но с этим делом было сложно.
Чего-то там бабке для ее выпечки не хватало.
– Милости прошу, – с вежливым поклоном поприветствовала гостя бабка. – Отведайте чаю, гость дорогой.
– Благодарю тебя, почтенная, – склонил голову в ответ горец. – Твой внук сказал, что это ты лечила мою девочку.
К удивлению Елисея, говорил горец по-русски чисто, только с легким акцентом. А самое главное, речь его звучала очень правильно, словно этот странный мужик получил высшее образование где-то в столице.
"
"– Помогла, как могла, – пожала Степанида плечами. – Бог миловал, рана была легкая. Да и красоте ее большого урона не будет, – чуть улыбнулась она девочке.
– Я слышал, что мор много людей у вас забрал, – нейтрально произнес Арслан. – Как же вы выжили?
– Милостью божьей жива осталась. Да еще и внука выходила, – вздохнула женщина, наливая гостю чай. – Нет больше станицы, почтенный. На погосте все. Мы последние.
– А как дальше жить станете? – удивился горец.
– Как бог даст. Да и кто нас теперь к себе пустит? Я-то уж ладно. Недолго старой осталось. А вот как внуку дальше быть, ума не приложу.
– Да выживу я, бабуль, – скривился Елисей.
Становиться чьим-то должником или идти в приживалы он не собирался. Тем более куда-то в горный аул. Арслан только одобрительно покосился на парня и, вздохнув, задумчиво спросил:
– Чем я могу отплатить вам?
– Нам ничего не нужно, – пожал Елисей плечами. – Я спасал ее просто так.
