Он усадил меня в наш старый огромный «форд», и я умудрился вписаться в столб на совершенно пустой дороге, потому что у меня не хватило сил повернуть руль. Потом еще года три отец пересказывал всем этот случай. Еще бы не посмеяться: одно-единственное препятствие на всей дороге, и то я с ним не разминулся. Дейв бы точно вертел руль нашего «форда» без особых усилий, но я был уверен, что в такой вот полицейской машине от меня будет больше пользы, чем от него.
– Слушай, а как насчет яхты? – предложил я.
– В смысле?
Дейв сидел в машине и гонял радиочастоты.
– Ну, если мы устанем сидеть наверху, мы можем перебраться на яхту. Там будет безопасно. В случае чего, поднимем трап и…
По Шестой авеню как раз в нашу сторону шел мужчина. Непонятно, откуда он появился. У него за спиной было, самое меньшее, четыре полностью разрушенных квартала, горы асфальта, стекла и бетона. Ну, еще виднелись верхушки деревьев в Центральном парке.
– Дейв! – позвал я шепотом.
Дейв заглушил мотор, вышел из машины и засунул руку под полу куртки.
Мужчина шел к нам. Он двигался по тротуару строго по прямой. Казалось, он смотрит прямо на нас, но в сорока метрах сказать точно было нельзя. Насквозь мокрая одежда висела на нем мешком и словно была на несколько размеров больше.
Чем ближе он подходил, тем лучше было видно, как сильно он изможден: ввалившиеся глаза, бледное до синевы лицо.
– Стоять! – выкрикнул Дейв и нацелил на него револьвер. – Стоять!
Мужчина продолжал приближаться к нам по прямой.
– С ним что-то не так, – бросил мне Дейв сквозь зубы и снова выкрикнул: – Стоять!
Но мужчина не реагировал на слова Дейва. А я, сам не знаю почему, даже не пытался кричать.
Дейв, не опуская револьвера, сделал пару шагов вперед. Мужчина приближался.
– Это охотник, – сказал я. Когда до нас оставалось не больше десяти метров, мы увидели его широко раскрытые, безумные глаза.
– Пожалуйста, остановитесь! – Я помахал ему, а потом, на случай, если он глухой, выставил вперед ладони заградительным жестом.
Дейв снова закричал:
– Стоять! Стоять!
В десяти шагах от нас охотника как подменили. От слабости, изможденности не осталось и следа. Он увидел цель, в безумном взгляде вспыхнул голод, и он бросился к нам."
"Раздался выстрел – очень громкий – и эхом разнесся по пустым улицам Манхэттена. В последний момент Дейв отвернул голову и, не глядя, выстрелил в бегущего на нас охотника. Я видел, как пуля ударила мужчину, как тот упал.
