В руках у него был хлеб и посеченный кусок вяленой конины. Рамтюр, не открывая глаз, закидывал в рот по кусочку конины и неспешно ее пережевывал, а хлеб только нюхал, намереваясь съесть его по дороге.
Не прошло и получаса, как пять сотен гвардейцев были готовы к маршу.
Прелат сел на своего жеребца и огляделся, ища глазами Тревиса с Бекетом, затем махнул рукой, и колонна тронулась за ворота.
Обстоятельства были на стороне Гудрофа – рокота «черных колесниц» слышно не было, а стало быть, имелся шанс добраться до Славского леса без потерь.
До места отряду предстояло ехать около двадцати миль.
45
В приемной пахло паленым сукном, Руммель знал, что так пахнет секретная замазка, на которую ставили голографические печати.
Коды, тайны, засечки, пароли – следственная часть службы безопасности была более других помешана на секретности.
«Год рождения вашей сестры, пожалуйста…»
«Любимое блюдо вашего соседа по кадлерскому городку… Вы говорили, что помните…»
«Предъявите ваше удостоверение, сэр».
«Ваш отпечаток не проходит… Попытайтесь еще раз. Благодарю вас, сэр. Все сходится, вы идентифицированы как Майкл Ромеро Руммель, капитан отдела свободного поиска. Подтверждаете это?»
«Да, подтверждаю».
«Добро пожаловать, сэр».
Все эти процедуры Руммель выучил наизусть, и даже приемщики ему попадались одни и те же, так часто он посещал следственную часть. Казалось бы, ну узнали в лицо – пропустите сразу, но нет: «Назовите кличку собаки вашей тетушки Ирмы! Кстати, какой она была породы?»
«Тетя Ирма?»
«Сэр, мы здесь не развлекаемся, а работаем.
Итак, какой породы была собака?»
«Черный терьер…»
Потом три минуты ожидания у двери с надписью «Старший следователь БС ДПН». Что это означает? Руммель даже не пытался расшифровывать, он давно уже устал от всего этого.
– Прошу вас, сэр, присаживайтесь. Вы ведь у нас не первый раз? Берите листок бумаги или два, если хотите. А вот авторучка… Пожалуйста.
Как и во все прошлые посещения следователя, Руммель вопросительно посмотрел на следователя.
– Забыли, что нужно писать? – ласково спросил тот, словно психиатр пациента. – Все с самого начала, где и при каких обстоятельствах вы разминулись с майором Бекетом. Не рассказывал ли он вам перед этим о каких-то своих проблемах? Не казался ли подавленным? Не жаловался ли на усталость?
– Спасибо, я вспомнил.
Руммель всегда так говорил, чтобы заключить со следователем «позитивный контакт».
