– А что? Котлеты невкусные?
Судя по вздоху на другом конце телефона, дома меня ждет рассерженный дракон. Ну и пусть. У меня до сих пор перед глазами стоит чужая женская попа в разных ракурсах, к которой возлюбленный гусар написал несколько восторженных комментариев.
– Котлеты? – хмыкнул. – Не могу судить о вкусе того, чего мне не досталось. А коты вряд ли поделятся мнением.
Упс… Когда я уходила, то оставила остывать котлеты под крышкой сковородки. Коты и впрямь все время вертелись под ногами и норовили залезть на стол…
– А что случилось?
– А это я у вас, мадам, хотел бы вызнать! Прихожу, дома никого, обувь по коридору разбросана, в кухне сковородка на полу валяется…
– Макс, а я тут ни при чем, – изумилась.
– Когда уходила, все было на месте…
– Хоть бы предупредила, что уйдешь. Я вообще-то рассчитывал на тебя сегодня.
– Неужели? – не выдержала едкости в ответ на угрюмую претензию. – Я вот тоже рассчитывала на твою… честность. Думала, что гусары верны своим дамам. Но, видимо, все гусары… – не договорила, стиснув зубы.
– Ладно, мне пора, – заторопилась. – Тут уже в кинозал запускают. Домой приеду поздно.
– Так, стоять!.. – рявкнул в трубку. – Катерина, в каком…
Но очередь уже подошла, да и что могла сказать уязвленная женщина своему неидеальному, как оказалось, мужчине?
Фильм был не просто интересным, а захватывающим с самого начала! Погрустив и понервничав, я сама не заметила, как втянулась в сюжет зрелища и забыла, где нахожусь. Границы реальности и экрана размылись, и в какой-то момент я стала частью удивительного мира, где герой – сильный, но неоднозначный по поступкам человек, влюбляется в женщину, с которой ему быть не суждено.
Она его ненавидит. Сильно. Ругает его, презирает, унижает. Он тоже не остается в долгу, но переживает втайне, тоскует…
Вот как, как можно не влюбиться в такого? Ну что же ты ничего не видишь, дура слепая!.. Да еще и так подставляешься под удар, а он… конечно же он, накануне разругавшись с тобой, ни секунды не думая – загораживает собой от осколков прогремевшего взрыва!.
. И замирает в кадре смуглое лицо гавайца со шрамированной бровью, и медленно оседает его уже бесчувственное тело на колени…
И так больно за них, так тоскливо, что слезы текут мелодраматичной рекой из-под 3D-очков. Хорошо, что рядом Аришка, накрыла мою руку своей, согревая сухим теплом. Только рука отчего-то несколько крупнее, и излюбленные ее ноготки куда-то делись…
Я сняла очки, с удивлением и смущением воззрившись на обладателя жаркой руки.
