Юрка тогда неплохо зарабатывал, так что кредит брали минимальный. И теперь… Теперь я металась по комнате, плюнув на устроенную мужем романтику, и собирала документы.
– Кать, что ты делаешь?"
"Душили злые слезы.
– Прекрати! Ну что ты, как маленькая!.. – поймал и тут же получил по лицу пакетом документов.
Удалось вырваться, прежде чем он подхватил меня на руки. Убегала я так быстро, как только могла. Офисное светлое платье, плащ и туфли – вот и весь нехитрый скарб беглянки.
– Ну и беги к своему любовничку, тварь! Все равно ко мне вернешься, когда он наиграется тобой!.
. – услышала я вслед.
И, судя по тому, что щелкнули замки нескольких квартир выше, слышала не я одна.
Сумка с несколькими важными документами болталась на плече. Гулкий стук каблуков эхом отражался от дома. На улице заметно похолодало. Ледяной предгрозовой ветер путался в волосах, запуская противные лапы за пазуху. Я не знала, куда мне идти в такой поздний час. В половине двенадцатого ночи можно было только Аришке позвонить, но она жила в двух часах езды отсюда и совсем не обязательно была дома.
Так и оказалось после звонка подруге. Ариша уехала на Черное море и ничем помочь мне не могла.
Замерзшими пальцами я пролистывала телефонную книгу в надежде найти хоть кого-нибудь, кто сможет меня приютить в эту ночь. Несколько звонков ничего не дали: кто-то спал и не брал трубку, кто-то отрывался в клубе, где ничего не слышно. Злое небо хохотало надо мной, посверкивая молниями в грозовом небосводе. С тяжелых туч сорвались первые капли дождя, оставив пару клякс на экране почти разрядившегося смартфона, когда я дошла до имени Макса с собственноручно вбитым им в базу телефоном.
Но что я ему скажу? «Привет, можно я у тебя переночую?» И это при том, что мы едва знакомы и у нас едва начались романтические отношения… Хороша же я буду, прыгнув к нему в постель!..
Телефон пропиликал короткую мелодию, и я замерла, сжавшись. Ведь я же ничего не нажимала, и не звонила ему!..
«Катюш, ты спишь? Я все время думаю о тебе».
То ли капли дождя по щеке, то ли слезы текли из глаз. Я запрокинула голову в темное небо, готовая зарычать, словно раненый зверь. Было больно. Из-за всего, что произошло с Юрой, из-за страха начинать новые отношения… Подъехавший автобус оказался весьма кстати, и я села в него, как в спасательный экипаж.
Если едешь, значит, все уже не так страшно. Значит, можно двигаться, убегать, прятаться. И с каждой остановкой в мыслях прояснялось все больше.
