Одиссей покидает Итаку. Книги 1-13

– И вы так спокойно это воспринимаете?

– А вы ждали, что я в ужасе полезу под стол, начну творить крестное знамение или хотя бы закричу: «Нет! Никогда!»? Что вас удивляет? Точка зрения Джордано Бруно у нас признана официально, сомневаться в ней только товарищу Шкловскому позволительно, для остальных же – как бы дурной тон. Обскурантизм как бы. Люди посерьезней меня симпозиумы устраивают по проблемам контакта. Меня другое смущает. Какая причина заставила уважаемых пришельцев уведомить именно меня о своем прибытии, да еще столь приятным способом? Надеюсь, вы занимаете достаточно высокое положение и уполномочены вести переговоры? Правда я, к моему глубокому сожалению, к встрече не готов.

Сказал я все это и испугался, что переиграл. Возьмет, обидится и уйдет. Кого попроще искать.

– Не надо, Алексей. Этот тон вам не к лицу. А причина есть, как ни странно. Я сама в свое время задавала этот же вопрос. Можете себе представить: с точки зрения инопланетного разума мы с вами – наиболее подходящие объекты для контакта и выполнения некоей миссии…

– Как это для нас с вами ни лестно – не могу.

– Странный вы, – вздохнула Ирина. – «Не могу, но допускаю». Надо же…

– А чего тут странного? Очень просто. Основание верить в свою исключительность среди пяти миллиардов землян у меня, при всем самоуважении, нет. Но если контакт все же должен осуществляться на индивидуальном уровне, то отчего не допустить, что субъектами, а равно объектами такового можем быть и мы с вами? Как и любой другой, произвольно выбранный индивид.

– Логика вполне простая. Но в обычной жизни люди предпочитают, вполне бессознательно, заменять логику эмоциями, стереотипами, так называемым здравым смыслом, и попытки кого-то к действительно логическому мышлению или, упаси Бог, поведению, воспринимаются окружающими как странность и даже вызов. Стройные логически рассуждения любят также называть демагогией.

– Видите ли, в строгом смысле их нельзя назвать пришельцами. На Земле они физически не присутствуют.

– Да? А где же они? На орбитальном корабле? На базе в поясе астероидов? На комете Галлея?

– Нет. Тут совсем другое. В вашем понимании они… вообще не существуют.

«Тоже хорошо, – подумал я. – По крайней мере, неординарно».