Одиссей покидает Итаку. Книги 1-13

Лечиться сейчас некогда. – И вдруг спросил без перехода: – Наверно, обижены на нас?

Марков не захотел отвечать так, как хотел этого Сталин, но и не рискнул сказать правду. Уклонился от прямого ответа:

– Я всегда верил, что недоразумение будет исправлено. Рад, что не ошибся.

Сталин посмотрел на него пристально, с интересом даже, словно изучая экспонат из музея той давней истории, когда с ним еще не боялись говорить вот так, и спорить, и голосовать против, и доказывать его неправоту.

– Вы правильно делали, что верили, – тихо сказал Сталин.

– Мы можем ошибаться. Мы тоже живые люди. Но ошибки надо уметь исправлять. Эту ошибку мы тоже исправляем. Надеюсь – почти вовремя. Вы посидели в тюрьме. Я тоже сидел в тюрьме. Но после тюрьмы я еще многое успел…

«Да уж», – подумал Марков, и еще подумал, что был прав: война очень близка.

– Личные просьбы у вас есть? – спросил Сталин, поднимаясь.

– Нет, товарищ Сталин. Прошу окончательно решить мой вопрос, и если можно – направить в войска.

– Хорошо. Мы подумаем, как вас использовать.

До свидания, товарищ Марков. Думаю, вскоре мы с вами еще встретимся.

Марков хотел выйти в ту дверь, через которую вошел, но Сталин остановил его:

– Пройдите сюда. – И показал, куда именно.

В другой, большой приемной, его встретил человек, которого Марков раньше не видел. Лысый, коренастый, с серым лицом и в серой гимнастерке без знаков различия.

Человек оценивающе осмотрел Маркова, а тот не знал, что же ему теперь делать. Подумал даже, что вновь может появиться конвой, без конвоя он уже отвык передвигаться, но секретарь быстро сел за свой стол слева от двери, выдвинул ящик и выложил перед собой пухлый конверт из грубой коричневой бумаги с сургучными печатями по углам.

Взрезал наискось.

– Получите, товарищ командарм второго ранга. – На стол из конверта выскользнули два ордена Красного Знамени, петлицы с черными ромбами, удостоверение личности в сафьяновой обложке и толстые пачки денег. – Ордена ваши, петлицы и удостоверение новые, денежное довольствие – за шесть месяцев.

Остальное, за весь срок, получите позже в кассе наркомата.

Марков взял в руки ордена, машинально глянул на номера. Действительно, ордена те же, что арестовавший его чекист попытался сорвать с гимнастерки, не сумел, и Маркову пришлось тогда самому дрожащими руками отвинчивать тугие гайки.

– Но здесь ошибка, – кивнул он на петлицы. – Я комкор.

– Нет, все правильно, звание командарма было вам присвоено… – И секретарь назвал дату, мельком глянув в удостоверение.