Одиссей покидает Итаку. Книги 1-13

– Может повернуть по-старому, запросто… – сказал Андрей и вздохнул. – Я все время об этом думаю. Если б, как ты Леша, говоришь, еще годик, может, и сломали бы его окончательно… А так он еще покажет, что почем.

Усмехнулся, вернулся к столу, взял поданную Воронцовым чашку крепчайшего кофе. Отхлебнул, обжигая губы.

– Вся беда, что народ не готов понять и принять все, что можно бы сказать и сделать. Поэтому нам удается только смягчать крайности режима. Обставить вождя флажками, за которые не так просто будет выбраться, чтобы не показаться совсем уже сумасшедшим… Вот у меня тут целая куча декретов и указов, подпишу – и сразу в печать, для того и редакторов вызвал.

А раз вы тоже здесь, давайте прикинем, что еще надо успеть.

Новиков начал размашисто подписывать бумаги и передавать их Берестину и Воронцову.

– Вот указ об отмене смертной казни. Взамен десять лет или штрафные роты. И только по суду, никаких «троек» и «особых совещаний». Пересмотреть можно только после окончания войны. Покойников и на фронте хватит… Новое положение о прохождении службы в действующей армии.

Двухнедельные отпуска каждые полгода, льготы фронтовикам и членам их семей, демобилизация и запрещение впредь призыва единственных сыновей и единственных кормильцев, еще тут разные пункты… Решение Политбюро о разграничении функций ЦК, ГКО и Ставки Верховного главнокомандования. Главком становится членом Политбюро и может быть смещен только на съезде. А съезд еще когда будет… Так что спи, Марков, спокойно. А вот совсем интересно – передовая «Правды». Здесь я признаю утратившей силу идею об обострении классовой борьбы. Наоборот – нерушимое единство народа, право на свободу мнений внутри и вне партии, роль церкви как выразительницы народного духа, призыв ко всем соотечественникам дома и за рубежом сплотиться, независимо от прошлых разногласий, на единой платформе защиты Родины, намек на послевоенную демократию…

– Крепко завернул, – похвалил Воронцов, пробежав глазами текст. – После такого даже не знаю, что наш клиент делать станет.

– Да, – согласился Берестин, – когда это на весь мир прогремит, задний ход сразу давать неудобно. Тем более, что «органов» у него не осталось…

– На что и надеюсь. – Новиков, не поднимая головы, подписал еще несколько листов. – Тут еще о некоторых текущих вопросах… Согласны? Можно редакторов звать?

– Зови, – разрешил Воронцов. – Неплохо бы еще завтра, если успеем, пресс-конференцию устроить, с разъяснением и углублением позиций.