Одиссей покидает Итаку. Книги 14-21

Детали узнаете в последний момент, а чтобы ориентироваться… Разведывательно-диверсионная работа в прифронтовой и зафронтовой полосе, охрана особо важных объектов, возможны операции по скрытой ликвидации противника. Действовать будем на значительном удалении от базы. Достаточно?

– Так точно. Разрешите выполнять?

– Выполняйте. Завтра примерно в это время я приеду посмотреть на людей. Затем получите дальнейшие указания.

Гришин снова посмотрел на Заковского. Тот кивнул и сделал отпускающий жест. Они вернулись на Лубянку.

– Не лишено смысла, - согласился Заковский. - А вы по вашей новой должности меня поддержите?

– Это еще кто кого, - улыбнулся Шульгин. - Я сейчас уеду, вернусь ли живым - не знаю. Давайте завтра устроим посиделки с новым наркомом обороны. Постараемся так, чтобы вы с Иосифом Родионовичем стали друзьями или хотя бы единомышленниками…

– Помню, - с мечтательной улыбкой сказал Заковский, - как мы его дивизию ущучили под Пологами в девятнадцатом. Говорят, ускакал на коне охлюпкой[48], и сам босиком, только красные шаровары успел натянуть…

– И об этом вспомните, молодость всегда прекрасна, а старые обиды легко забываются.

– Вы прямо Мефистофель какой-то, Григорий Петрович. Я уже с нетерпением жду свидания с коллегой. Безусловно, в вашем присутствии. Вы удивительно умеете людей сводить и с ними сходиться. Как тот раз с Лихаревым в машине… Его я давно знал, вас - совсем ничего, и обстановка была самая пугающая, и вдруг так легко все разрулилось… Без крови и с наилучшими для всех последствиями.

– Характер у меня такой. Легкий. С другим что на царском флоте, что в коридорах власти сложно выжить. Но я вот что скажу - в условиях диктатуры…

Заковский очевидным образом напрягся.

– Да, пожалуй, - после тяжелой паузы ответил Заковский.

– Вот на этом и закончим, чтобы не ставить друг друга в сложное положение. У вас гостей обедом кормить принято?

Заковский нажал коленом кнопку под столом, и тут же появился адъютант.

– Столик, это, накрой в комнате отдыха…

Обычно у крупных начальников в то время имелось под рукой от трех до пяти секретных кнопок: под столом, на столе, внутри письменного прибора и так далее, в меру фантазии. У Шестакова так же было.

Пока они докуривали, в комнату отдыха через секретную дверь проникли подавальщицы, обе не менее чем в сержантских званиях, и сервировали «достархан» в лучшем виде.