Одиссей покидает Итаку. Книги 14-21

Где ж еще теперь духовной опоры искать? Последние времена наступают. - Голос священника был тих, но в сжатом сводами объеме храма звучал отчетливо.

– Не знаю, чем делиться, отец. Сомнение духа меня к вам привело. Не собирался и не мыслил, ноги сами дорогу нашли. Свечу хочу поставить…

– Во здравие, за упокой?

– Знать бы! Все ж таки во здравие, наверное. И во избавление от лукавого… Самую большую, что у вас есть.

Буданцев вытащил из кармана столько денег, сколько попалось. Наверное, для священника сумма показалась немыслимой.

По тем-то временам.

– Настолько грешен, сын мой? - спросил он. - Так мы не католики, индульгенций не продаем. Молитвой и покаянием только спастись можно.

– Не в том дело, батюшка, не в том дело. Грехи мои мелкие, как у каждого, кто здесь и сейчас живет. Нечистая сила вокруг меня закружилась. С детских лет слышал, но всегда за сказки принимал, а сейчас - страшно стало. По-настоящему…

От исповеди и прочих ритуалов сыщик, естественно, уклонился и фактов никаких отцу Сергию не изложил, но свечки, куда было указано, поставил.

И книжечку с молитвами на подходящий случай получил, и с собой прихватил две толстых восковых свечи, специально благословленных.

Из церкви Иван Афанасьевич вышел удивительным для него самого образом умиротворенным. Что там дальше будет - не нам знать, но выше той инстанции, к которой он только что обратился, все равно нет.

Само собой, в разговоре с Шестаковым Буданцев передал только голую конкретику, а о посещении церкви и о том, что до утра не спал, глядя на трепещущие огоньки свечей, умолчал.

Но Шульгину хватило и той эмоциональной волны, что дошла до него по телефонному проводу.

Откуда пришли те «махновцы» или «дезертиры», что в него так неграмотно стреляли, особого значения не имело. По-прежнему методика оставалась той же самой - умное или не слишком использование чисто человеческих сил и способностей. Галактические силы могли наступить на него сапогом, как на букашку, спалить лазерным лучом, в любом нужном направлении изменить психику, действительно загнать в мезозой или с комфортом отвезти в некогда обещанную столицу «Ста миров».

Но если они предпочитают стрелять в спину из обреза, не имеющего даже мушки, - отлично! Тут мы играем на одном поле.

Загадкой оставались фигуранты покушения. Что за нелепая театральщина? Хотя это могло быть и тонким расчетом, только не входящим в круг его понимания.