Что им объяснишь? Ну как же — конечно на диете! С элементами любимой вашей развлеку-хи — спортом, бегом за вечной молодостью!
О, они понимают! И прощают задержку дружеской вечеринки по мере американской широты души.
Однажды Маша проснулась утром, осознала, что счастлива, и никак не могла понять, почему, откуда это переполняющее чувство грянуло?
Крутила его, смаковала так и эдак, заснула с ним, проснулась на следующий день... и пристраивала звенящую радость к своему сознанию, и улыбалась несколько дней подряд, и во сне живя с этим чувством.
А через пару дней поняла, слава тебе господи!
Она была сво-бо-дна!!!
Давным-давно не была, с незапамятных времен, а тут вдруг стала!
Она дня три проносила это чувство в себе, смакуя, наслаждаясь, не позволяя, по своей профессорской наукообразной привычке, подвергать все анализу, препарируя до атомов, внедряться в это чувство, новое мироощущение себя. А когда свыклась, сжилась с ним, позволила мозгам поработать.
В двадцать четыре года она защитила кандидатскую диссертацию.
И не заметила, как защитила. Не ела, не спала, не была — наткнулась на странность, сделала открытие и так его обмусоливала, смаковала, перепроверяла сотни раз, стыковала в свете этого открытия ранние данные, доказывая себе самой, а по ходу дела и научному сообществу верность фактов. А на защите улыбалась все время, рассылая серебристых зайчиков из глаз по аудитории: так ей хотелось рассказать, поделиться открытием!"
"И защитилась с блеском, заимев кучу врагов, обозначивших ее на долгие годы как «малолетнюю выскочку», и одного союзника, недосягаемого для недоброжелателей, — академика Кирилла Павловича Янсона, восхитившегося ее работой и порадовавшегося за нее.
И Машка ринулась дальше! С головой ухнув в любимое детище, повизгивая внутренне от радости!
Какие там есть-спать, любови-моркови, встречи-расставания, бытовые проблемы!
Потом все это!
А потом свалилось горе.
За четыре года ушли все.
Сначала бабушка Полина Андреевна в Севастополе, и они ездили хоронить ее всей семьей, затем, через год, заболела мама.
Она все прихварывала, они ругали ее с папой, требовали, чтобы пошла к врачам, обследовалась, но мама отмахивалась, пила обезболивающие таблетки — и так пройдет!
Какие врачи? У нее работа, семья!
А когда таблетки перестали помогать и папа сам отвел ее за руку в больницу, оказалось, что у нее рак.
Неоперабельный. Все!
И мама слегла.
