Одна любовь. Двойная месть

Я очень волнуюсь, но при этом очень счастлива за тебя, ты так невероятно хорошо выглядишь, словно светишься изнутри. Мужик, конечно, странный у тебя, но это не мое дело, просто я переживаю.

Полина лишь кивала головой, улыбалась, поднялась вместе с Илоной, готовая проводить ее к выходу. В голове все еще крутились слова подруги, Влада нигде не было. Они с Илоной расцеловались, дав друг другу обещание, что еще непременно увидятся перед родами, а Полина сообщит ей, когда они начнутся.

Девушка проводила ее взглядом через французские окна ресторана, помахала рукой.

Залюбовалась цветущими гортензиями, посмотрела чуть дальше в переулок и замерла. У припаркованной черной машины стоял невысокий мужчина, черная короткая кожаная куртка, темные волосы. Он с кем-то разговаривал по телефону, при этом эмоционально жестикулируя. Сплюнул на асфальт и повернулся в ее сторону.

А Полина так отчетливо вспомнила этот жест, что по спине прошел холодок.

Это был именно тот мужчина, который говорил на незнакомом языке, словно выплевывая ей в лицо ругательства, той самой ночью, когда город накрыло циклоном на несколько дней.

Дамир, так назвал его спутник, она помнит. Полина не знала, видит ли он ее через витрину, но сама продолжала вглядываться в фигуру стоящего у автомобиля мужчины, так желая ошибиться.

— Влад, Влад, подойди, пожалуйста, — девушка махнула рукой, повернулась, но встретилась взглядом совсем не с Владом."

"Сердце болезненно сжалось, малыш толкнулся, она замерла, глядя на стоящего перед ней высокого мужчину.

Стильная стрижка русых волос, чуть выпирающие скулы, красивый изгиб губ, он улыбался, внимательно рассматривая девушку темно-зелеными глазами.

Она прекрасно помнит эти глаза, она именно в них и была влюблена почти четырнадцать лет назад, так давно, что кажется в другой жизни. А потом именно они принесли ей столько боли, слез, когда резали по живому своим равнодушием и безразличием.

Сердце дрогнуло, первую, к тому же такую болезненную любовь не забывают, а тот след, что она оставила после себя, наверное, никогда не зарастет.

— Здравствуй, Полина.

Ей даже не хотелось с ним здороваться, не хотелось видеть и знать о его существовании. Он остался давно в той далекой жизни, где она совершила много глупостей, первая из которых была влюбиться в мужчину старше себя на двенадцать лет. Ему было двадцать девять, ей семнадцать, несколько летних месяцев беспредельного счастья, первый секс с любимым мужчиной.