Одна минута и вся жизнь

Иногда мне тоже кажется, что это неправильно — так много нищих и все эти дети на улицах…»

— Балованный ты, Антошка. Не видел ты нищеты и голода. Все тебе давалось просто так, потому лишь, что ты — сын своего отца. А сам ты кто?

— Не начинай, Илонка. Грузишь. Так оно заведено на свете. Кто-то богаче, кто-то беднее. Это уж как кому повезло.

— Ты точно сам так думаешь?

«Не знаю… Наверное. Или не думаю? А зачем мне думать? Я все равно не смогу понять, почему я не нужен собственному отцу. И почему мне иногда страшно рядом с ним».

У Даны в сумочке звонит телефон.

— Это я. Хорошо слышно? — Константин пытается говорить резко и повелительно, только у него плохо получается.

— Конечно. Чем ты расстроен?

— Я когда-нибудь сверну шею этому щенку. Что у тебя с ним?

— Воспитательный процесс. Весьма полезная штука.

— Хорошо, об этом позже. Скажи, это ты вчера обнаружила Вику Новицкую?

— Не понимаю, о чем ты? Это она так сказала?

— Она упорно отказывается говорить о тебе. Если судить по тому, что я увидел в Викиной квартире, то ее молчание мне непонятно.

— Это ничего не доказывает.

— Ты говорила с ней?

— Я ее даже не видела.

— Что она сказала тебе?

— Ничего, ты все сам понимаешь. Что можно сказать в таком состоянии?

— Ее накормили героином. Дорогостоящая смерть. Но у нее хватило сил доползти до ванной и промыть себе желудок. Она выживет.

— Мне это неинтересно.

Дана отключается от линии. Она не узнала того, что ее интересовало. Она не узнала, для кого Вика шпионила за Ивановой и откуда у нее тот диск.

— С кем ты говорила? — спрашивает Антон.

— Если ты думаешь, что я стану отчитываться, значит, ты окончательно спятил.

— Запомни, я не твоя собственность, ясно? У тебя денег не хватит, чтобы купить меня.

— Значит, и ты имеешь цену?

— Наверное. Правда, я ее себе еще не назначила.

— Иногда мне хочется избить тебя.

— Это будет последнее, что ты попытаешься сделать в своей жизни. Хорошенько запомни это, малыш.

Дана выходит из машины и скрывается в толпе. Антон бежит следом, охранники идут за ним, сквозь толпу. Но Дане мальчишка больше не нужен — на данном этапе.

Губы Вики потрескались, под глазами залегли темные тени.

— Жива твоими стараниями. Спасибо, Дана.

— Я была в твоей квартире. Вика, этому пора положить конец.

— Я не понимаю… Что ты имеешь в виду?

Дана оторопело смотрит на нее. Это все та же Вика, смугловатая, со светлыми большими глазами и русыми косами.