Одна минута и вся жизнь

Это тоже ее дом, и она, возможно, снова будет тут жить. Или нет? Нет. Она понимает, что не сможет остаться. Там, под Питером, ее дом и сад, который посадил Стас. Там она была очень счастлива…

— Даночка, иди ужинать.

Все как раньше. Дана спускается в столовую. Мама постаралась, наготовила, но она не может есть.

— Дана, съешь немного помидорного салата, ты любишь его.

«Я умерла. Но я люблю родителей. Почему же мне с ними так тяжело? Больно притворяться живой. Нельзя, чтобы они заметили. Нельзя, чтобы они поняли, что меня уже нет».

— Мы тут подумали с мамой и решили: съезди отдохнуть, тебе надо переменить обстановку. Лека побудет у нас, а ты успокоишься, наберешься сил. Ты меня пугаешь сейчас. Ну, как? — говорит отец.

— Не знаю. Может, позже.

— Дана, я только предложил. А ты решай, как лучше. Завтра пойди погуляй, на тебе лица нет. Иди спать, Дана.

«Бедные папа с мамой! Они чувствуют, что все идет не так, но ничего не могут контролировать. Потому что меня уже нет. Я сама себе снюсь».

Дана ложится в постель, приготовленную мамой, но сна нет.

Все имеет свое начало. Тридцать лет назад в захолустный городишко приехали новобрачные. Они только что поженились, были молоды, счастливы и полны радужных планов — в то время большинство людей надеялось на лучшее. Шел семьдесят шестой год, народ ударно трудился на благо великого государства, и практически никому даже в голову не приходило, что может быть иначе. Те, кого подобные мысли посещали, состояли под неусыпной охраной санитаров или тюремного конвоя.

Но счастливые молодые люди не тяготились незаконными мыслями. Души их были чисты, помыслы — вполне благонадежны, а мир казался им большим и светлым. Они вольны были ехать куда угодно, а осели именно здесь. Им казалось, что это именно то, что нужно, — маленький тихий городок с несколькими огромными предприятиями, тенистыми аллеями и парками, белыми и красными кирпичными домами и вполне приличным ассортиментом магазинов — дефицит тогда еще никого не хватал за горло.

Они оба были выходцами из деревни. Их родители, проработав всю жизнь на колхоз «за так», выпихнули своих чад в город, не желая им своей судьбы. Там они и познакомились и решили пожениться. Все было чудесно, большой город — это неуютно и немного страшновато, а маленький Торинск — в самый раз. Катя и Славик были вполне довольны судьбой. Почему бы и нет? К тому же в городе имелся институт, и они бегали туда вечерами на занятия.