Одна минута и вся жизнь

Если ему удастся вырваться отсюда, он никогда больше не выйдет из дома.

— Знаешь, Танкер, несчастные случаи часто происходят с фантазерами. — В голосе Даны звучит издевка. Ему кажется, что он видит клыки в ее улыбающемся рту. — Ты понимаешь?

— Я понял, понял! Пожалуйста, отпустите!

Он уже не контролирует себя. Это взрослый мир, эти четверо смотрят на него так страшно, только бы отпустили, больше ему ничего не надо! Как он мог свалять такого дурака! Ведь если они сумели достать Крата так, что никто ничего даже не заподозрил, что им стоит убрать и его? Теперь они знают, что он подозревает их.

— Отпустите ребенка, он описался. — Данка смотрит на него со странным выражением. — Вставай, Танкер.

Он поднимается. Штаны липнут к телу. Четыре пары глаз смотрят на него изучающе.

— Канай домой, Танкер. — Виталька усмехается. — Мы никому не скажем, что у тебя энурез. Мы не болтуны.

— Только больше не мелькай. — Цыба сплевывает. — Кишка у тебя тонковата.

Танкер медленно пятится.

— Что будем с ним делать? — Таня снова залезает на перила беседки.

— А ничего. — Виталька устраивается рядом с Даной. — Он не дурак и все правильно понял. Данка, ты как думаешь?

— Я согласна. Да у него и нет ничего. Дело закрыли, слухи скоро прекратятся, а Танкер… Он не дурак, поэтому не станет трепаться. Вадик прав, кишка у него тонка. Ладно, пора мне.

— Мы проводим тебя. — Таня спрыгивает на землю. — Не знаю, Данка, как ты можешь читать эти толстые книжки?

— В них совсем другая жизнь, понимаешь? Я начинаю жить там, знакомлюсь с другими людьми.

— По-моему, Данка, тебя надо доктору показать.

— Перестань, Танька. — Цыба шумно вздыхает. — Каждому свое.

— Дана, мы уезжаем. — Вячеслав Петрович уже все для себя решил. — Один мой друг организует в Белгороде кооператив и предлагает нам с мамой… В общем, мы уезжаем отсюда, собери вещи.

— А ребята будут приезжать к тебе в гости. — Мама ласково улыбается. — Я поставила ящики, тебе помочь упаковаться?

Вячеслав Петрович сделал над собой усилие и не поморщился.

— Славик, тебе должно быть стыдно. Они хорошие дети. К тому же я не думаю, что они будут часто приезжать.

Но они приезжали часто. Так часто, как только было возможно. Вячеслав Петрович смирился с их присутствием, а когда вся теплая компания обосновалась в Белгороде, он, подавив досаду, устроил их в кулинарное училище, где давали общежитие.