Одна на всех или Брачные игры драконов

Зря я, конечно, вернулась мыслями к этому невыносимому ледяному дракону. При воспоминании о нем между ног стало жарко и влажно. Настолько, что успокаивающий чай вряд ли мог погасить это пламя. Я попыталась отвлечься и заняться составлением списка, в какой очередности драконы будут пытать свое счастье с Избранной. Но в голову упорно лезли мысли, что после расставания с Ноа у меня не было ни одного мужчины. Я так и не смогла довериться кому-то настолько, чтобы подпустить к себе.

Чай немного остыл, и я сделала большой глоток.

Наверное, сработало самовнушение, потому что самой себе я показалась гораздо спокойнее. Мне удалось даже открыть блокнот и составить примерный план действий. Во-первых, стоило добиться от Избранной, чтобы она обозначила свои предпочтения. Что-то мне подсказывало, что Лоран хоть и был нежен, но Лизе чего-то не хватило. Во-вторых, надо было узнать, что точно было в Писании. Возможно, Верховная жрица обманула драконов в чем-то еще. В идеале стоило бы выяснить точное звучание пророчества. В том, что должна была явиться Избранная, у меня сомнений не было. А вот в ее предназначении… Неужели действительно невинная девушка должна по воле Богини соединяться с незнакомыми ей мужчинами до тех пор, пока один из них не окажется ее истинной парой? Мне почему-то всегда казалось, что Великая Золотая Драконица умна и справедлива, и подобный способ искупления был немного не в ее стиле. Ладно бы страдали драконы, они это заслужили, но Лиза почему должна отдуваться за них за всех? Еще и подвергаться опасности.

Погрузившись в собственные мысли, я не заметила, как допила чай. Посмотрела на дно опустевшей кружки и перевела взгляд в блокнот. Там значилось всего одно имя — Ноа Варгас, которое я поспешила старательно замалевать. Не хотелось признаваться в этом даже себе, но мне отчаянно не хотелось его близости с Избранной. Что, если именно он окажется ее истинным?

Опуская ручку, я нечаянно задела грудь. Напряженный сосок отозвался неожиданно острым удовольствием и я, не удержавшись, обхватила его пальцами сквозь тонкую ткань блузки и белья.

Ощущений оказалось недостаточно, и, расстегнув две верхние пуговички, я просунула руку под плотную чашечку бюстгальтера. Затвердевший сосок ткнулся в ладонь, и я сжала грудь. Колени, будто действуя сами по себе, разошлись в стороны. Ох, Ноа, что он творил со мной, даже находясь далеко?

Привстав, я стянула с себя трусики и снова опустилась на стул.