Одна на всех или Брачные игры драконов

 — Вы же затем нас здесь и собрали, чтобы кто-то из нас оплодотворил избранную, и драконы, наконец, возродились!

— Дурак! — женщина вскинула руку и выпавшим из рукава тонким жезлом стукнула бородача по макушке. Я моргнула от неожиданности. — Она должна быть невинна до того момента, пока мы не выясним, кому из вас предначертана избранная! Или, скорее, кто из вас предначертан ей.

Бородач хмыкнул, совершенно никак не отреагировав на удар по голове, а следующий вопрос вместо него задал хмурый черноволосый, с печатью нордической суровости на лице.

— И зачем мы здесь тогда?

— Как раз затем, чтобы отыскать среди вас того, кто станет Владыкой, — произнёс новопришедший таким тоном, что остальные замерли, словно ожидая, что любое неосторожное движение убьёт их на месте.

— Мы слушаем тебя, Верховный Жрец, — склонил голову блондин, и тонкая коса, заплетённая на виске сбоку, покачнулась. Остальные неохотно, но всё же последовали его примеру и опустили голову.

Я окинула взглядом того, кого блондин назвал Верховным Жрецом.

Тоже мне, верховный. Внешне больше похож на рокера-металлиста: в кожаную куртку вставлены металлические цепи, на руках перчатки с обрезанными пальцами, а на шее даже татуировка виднеется.

В воцарившейся тишине женщина выудила из-за пояса своего платья тонкое полупрозрачное покрывало, которое накинула мне на плечи.

— Спасибо, — прошептала я, и она с легкой улыбкой кивнула в ответ.

— И правильно делаете, что слушаете, — чуть более спокойно произнёс Верховный Жрец. Он обошёл вокруг ложа, осмотрел меня со всех сторон и, наконец, обратил свой взор к мужчинам, некоторые из которых неохотно натягивали майки на точёные торсы.

 — Позвольте представить, леди Сапфира, Верховная Жрица, благословлённая самой Богиней-Матерью. Последние месяцы она денно и нощно искала в древних трактатах записи о том, как нам восстановить род драконов, и вот, наконец, свершилось. Прошу вас, миледи.

Женщина степенно кивнула и вскинула голову. Хоть по факту она и была на пару голов ниже большинства присутствующих, смотрела на них с таким достоинством, что казалась по меньшей мере королевой.

Я сжала пальцами края покрывала и крепче в него закуталась в бессознательной надежде, что оно спасёт меня от этих странных, пугающих людей. Мужчины так и стояли, склонив головы, лишь только из-под густых бровей наблюдая за жрецами.

— Избранная, — возвысила голос женщина, — должна быть невинна, как цветок лотоса, что только распустил свои лепестки навстречу солнцу.