Ей стало плохо от мысли, что они выкинут деньги на ветер, если не выпьют всю бутылку, так что она налила себе еще. – Тогда мы должны все допить.
Он поднял бокал.
– До дна?
– Отличный тост, – она чокнулась с его бокалом, и сделала большой глоток.
– Так как проходит турне? – спросил Кейд, после того как опустил свой бокал.
– На сцене или за ее пределами?
– Я начинаю волноваться, раз ты решила уточнить этот факт. – Его симпатичное лицо немного погрустнело. – Дафну часто тошнит?
– Тошнит? – Кайли снова отпила из бокала.
Нет, правда, какая вкуснятина. – Я не виделась, чтобы ее тошнило?
– А она много курит?
Забавно... этого она не замечала. – Я не видела. А почему ты спрашиваешь?
– Она любит курить когда бросает наркотики. А ее часто навещал ее личный врач?
Кайли пожала плечами. – Вот об этом мне определенно нужно уточнить у Снупи.
– Снупи? – Кейд нахмурился. – Это ее настоящее имя?
–Не совсем. Ты знал, что Дафна всем дает прозвища?
– Какие прозвища?
– Ей сложно запомнить настоящие имена.
Поэтому она придумывает новые. – Кайли взяла с тарелки кусок хлеба. – Я думаю, Снупи получила свое имя, потому что Дафна шутит, что общается с ней как с собачкой.
– Это... отвратительно. – Кейд выглядел шокированным.
– Я тоже так считаю, но все остальные смирились, так что мне остается делать тоже самое. Все закрывают глаза на поведение Дафны. – Она была удивлена, Кейд не был осведомлен о грубом поведении Дафны. Если они так близки, как думала Кайли, разве он не должен быть в курсе о ее поведении во время турне? О ее ежедневных истериках?
Кейд явно было неловко.
– Она дает прозвища... каждому?
Кайли кивнула, макая хлеб в сыр.
– И как она называет тебя?
Кайли смутилась, переводя взгляд на кусок хлеба.
– Эмм... она зовет меня жирной Мэрилин.
– Как?
Кайли покраснев, положила хлеб обратно на тарелку.
– «Жирной Мэрилин». В нашу первую встречу, я была одета в стиле ретро, и она, вероятно, посчитала меня похожей на Мэрилин Монро. Ну, а «жирной» по очевидным причинам.
Кайли заметила Кейд напрягся."
"– Я слышал, как она говорила это, но думал, я ошибся. И это тебя не беспокоит?
О, еще как беспокоит. Но никто не смеет возражать Дафне. Особенно, когда она была так нестабильна.
– Да это пустяки.
– Ничего подобного. – Он провел рукой по подбородку. – Я поговорю с ней. У нее нет никакого права так обращаться со своими сотрудниками.
– Ой, не надо, прошу тебя. – Самое последнее, чего она добивалась, это излишнего внимания Дафны.
