Одна ночь в Венеции

– А вот и комиссар Папийон!

– Нужно опросить всех, – сказал Папийон. – Девиц Андреа, соседей, страдающих бессонницей, собачников, которые живут неподалеку. Если Викторина Менар в ночь со вторника на среду была снаружи и видела убийцу, то хоть кому-нибудь она должна была попасться на глаза… или хоть кто-нибудь должен был заметить, что ее нет в доме.

– Слушаюсь, патрон, – почтительно склонил голову Бюсси. – А вы не думаете, что девушка могла видеть убийцу в окно?

– Нет, не думаю. Сам погляди, ее окно выходит во двор, который слишком далеко от особняка графа.

 – Комиссар показал на окно комнаты, в которой они находились. Тело убитой уже увезли. – Наверняка в ту ночь девица была неподалеку от графского особняка.

Роза, стоявшая у дверей, шмыгнула носом и сказала:

– Викторина иногда работала втайне от Андреа. Но, конечно, выходить в места рядом с нами не могла и отправлялась на другие улицы.

– Вот вам и объяснение, – кивнул Папийон. – Если верить вам, госпожа баронесса, погибшая девушка надеялась получить большие деньги.

Значит, убийца графа Ковалевского вряд ли бедствует. Викторина Менар потребовала у него плату за молчание, но в чем-то совершила ошибку, и преступник заставил ее замолчать.

– Его сообщник, – поправила Амалия. – Мадемуазель Тесье уверена, что ее подруга не могла подпустить к себе убийцу.

– Хорошо, пусть так, – отозвался комиссар. – Ступай, Бюсси, и доложи мне, как только что-нибудь выяснится. А мы пока займемся тайником. Вы знаете, мадемуазель, где он?

– Да, – хрипло ответила Роза.

 – Вон в том столике.

– В ящике? – Папийон выглядел обескураженным. – В нем только вырезки из журнала «Фемина» и несколько фотокарточек. Убийца уже все там перерыл.

– Не в ящике, а в ножке, – поправила Роза. – Той, которая хромает. Надо ее вытащить, она внутри полая.

Комиссар Папийон крякнул, взял столик и принялся откручивать ножку. Амалия и Роза, стоявшие в дверях, терпеливо ждали.

– Здесь только деньги, – с некоторым разочарованием заметил комиссар, вытряхнув содержимое тайника.

 – Около пятисот франков купюрами разного достоинства.

Роза глубоко вздохнула.

– Иногда Викторина прятала что-то в матрац, с той стороны, где лежит подушка. Правда, ей однажды влетело за то, что утаила чаевые клиентов, Андреа отобрал у нее заначку. Поэтому не знаю, продолжала ли она что-то там прятать.

Комиссар кивнул, подошел к кровати, дотошно ощупал матрас и подушку и даже вспорол их, чтобы убедиться: внутри ничего нет.

– Пусто, – констатировал полицейский.