Одна ошибка

— Прошу простить, но сказать не могу, это не моя тайна.

— Оооо! — разочарованно хлопнула его поруке леди Каргия. — Как вы жестоки!

— Ну что вы, душа моя, — тут же растекся Гриен, но леди дулась.

Блан закатил глаза, дожидаясь, пока семейная сцена закончится, а потом спросил:

— Как прошло?

— Хммм, — поиграл бровями Гриен, блеснув непередаваемо гордой улыбкой.

Лорд Гриен был старым опытным управляющим, и уж он-то работал на развитие мирных отношений между сопредельными государствами крайне аккуратно. Ибо откуда бы в лагере его величества Норберта Аргантарского вдруг ниоткуда возникло все нужное для сооружения походных шатров, а также дрова, сено и провиант? И все это на глазах у миледи, но так, чтобы она не узнала.

Собственно, основной вопрос оговорили. В остальном же решено было действовать по принципу «война план покажет».

***

Ночь прошла беспокойно для Изабеллы, все ей снились какие-то тайны и заговоры. А под утро и вовсе — старая картинная галерея родного замка. Как будто она она стоит там и потемневшие от времени портреты предков разглядывает.

Проснулась с тяжелой головой и ощущением невыполненного долга. И разумеется, после того как оделась и наскоро позавтракала, первым делом отправилась на стену. А там все было по-прежнему. Если Изабелла надеялась, что с утренним туманом лагерь Норберта Аргантарского сам собой рассеется, ее ждало разочарование. Более того!

Этот… Он изволил тренироваться с мечом. Голый по пояс.

Но и это еще не все!

К его величеству, когда он на время перестал махать мечом, подошла молоденькая крестьянка, присела в книксене и подала большую кринку молока.

— Оооо, — восторженно протянула леди Каргия, во все глаза разглядывая великолепный королевский торс.

Это было слишком. Изабелла почувствовала, что ее просто начинает душить беспричинная ярость. И обернулась к Гриену, чтобы спросить:

— Как вы можете это объяснить?

— Миледи, — развел руками управляющий.

— Дружественной…?! — начала было распаляться Изабелла.

Но тут дозорный на надвратной башне резко выкрикнул:

— Едут! — и вытянул вперед руку.

На мгновение повисла звенящая тишина, а потом все взоры обратились в сторону подъездной дороги. Там действительно обозначилась довольно быстро движущаяся процессия.