Однажды, или Навсегда (СИ)

— Что бл*?…Алиса твою мать, твоя единственная забота это Роберт, так какого хрена ты за ним не следишь?

— Не ори на меня! Это просто вывих, и я его мать, мне больнее чем ему.

— В какой вы больнице?

Разговор о разводе отложен. Злость на Алису, за то что не уследила за сыном, рассосалось, это ребёнок. И вправду перелома нет, просто вывих, но сердце сжимается тугим узлом, когда вижу его маленькую прибинтованную ручку. А Роберту это даже нравится, попросил намотать на другую ручку эту белую штуку. Мой герой. Мой почемучка.

Миллион вопросов и на каждый ответ: " Почему?".

Месяц пробыл дома. Про развод Алиса сама заговорила, но на мое быстрое согласие, среагировала бурно. Так я понял, что она лишь хотела напугать меня этим. За месяц я к ней ни притронулся, спали в разных комнатах. Скандал, осознание что любви нет, согласие что развод это лучше, чем жить с человеком который тебя не любит. Разобрались.

Александре я больше не звонил, как и она мне. Это нужно нам обоим, я понял что не жить мне дальше без нее.

Надеюсь ей хватило этот месяц, понять что ей тоже не жить без меня. Я знаю что она любит меня, сама призналась, когда ссорились возле ворот.

Связь держу только с Грегором, он говорит что в отеле все хорошо, по крайней мере так говорит Александра.

Слушание по поводу развода, назначено на следующий четверг, после этого я сразу поеду к моей женщине, я уже очень сильно соскучился. К тому же, с Робертом все хорошо, могу ехать со спокойной душой.

Утро. Звонок с не знакомого номера.

Ответил. И то что я услышал в трубке, заставило меня испытать огромное чувство страха. Страх потери. Страх недосказанности. Страх одиночества. Ужас. Невыносимую боль. Сердце ушло в пятки. По спине прошёл холод. Руки затряслись.

Я вышел из дома со скоростью света, и так же быстро сел в машину, мчался по трассе и молился, не дай мне потерять её. Пожалуйста.

За стеклом, на большой кровати, лежит маленькое, худенькое, изувеченное тело, не шевелится, не дышит…сама. Вокруг неё пикающие аппараты, капельницы, из-за рта какая-то трубка торчит, маленькая ручка прибинтованная до плеча, на лице красные маленькие порезы, голова на половину в бинте, глаза закрыты.

Господи…поменяй нас местами.

— С ней все будет в порядке. — слышу голос из далека. Вытираю слезы, которых даже не заметил, поворачиваюсь.

— Майкл! — беру его за шиворот рубашки, прижимаю к стене. — Это ты? Ты был за рулём?

— Успокойся! — отталкивает меня. — Нет, не я. Она сама была за рулём.