Одно небо на двоих

Хайяти, Аллах свидетель, ты согласна стать моей женой?

Ей хотелось разреветься. Закрыть глаза ладонями и долго плакать… от счастья.

Это все, что она могла произнести сквозь застилающие глаза слезы. На секунду ей представился момент их первой встречи. Господи! Она смотрела тогда на него с опаской. Гордый капитан, чей статус в авиакомпании очень высок. Это ее пугало. Вместе они пережили столько всего: и радость, и печаль разлуки, но каждый раз судьба сталкивала их снова и снова, как будто шептала им на арабском: «Мактуб».

– Единственной. Первой и последней. Ты можешь прописать это в брачном договоре, чтобы быть спокойной.

Она улыбнулась сквозь слезы, наконец-то расслабленно выдохнув:

– Я согласна стать твоей женой.

Саид обнял ее, рукой касаясь волос, целуя и шепча слова на своем языке. Сейчас он чувствовал себя самым счастливым на свете. Даже не верилось, что они начнут жить нормальной семейной жизнью, не прячась по углам, чтобы видеться лишь урывками. Скоро она станет его навсегда. Но хотелось сделать это как можно быстрее.

– Давай проведем никах прямо сегодня. Сейчас сядем с самолет и полетим в Дубай. Надо только предупредить мою мать и твоего отца…

– Саид… – Вирджиния перебила его, коснувшись руки. Увидев блеск в его глазах, она поняла, что он весь горит от нетерпения. Да, Саид, как настоящий восточный мужчина, сразу берет то, что хочет. И он боится вновь потерять ее, но… – Твой отец против, он не даст нам сделать этого.

– Мне не нужно его разрешение, но лучше сделать все как можно быстрее. Я уже договорился с имамом, он будет ждать нас в мечети, но сначала надо зарегистрировать брак документально. – Саид обнял ее, сильнее прижав к себе. – Я даже нашел двух свидетелей – Асада и моего друга Омара.

– Асад пошел против Мухаммеда? – удивилась Вирджиния. Хотела бы она знать, что случилось в авиакомпании после ее отъезда…

– Это не важно, хайяти, тебя не должно это беспокоить. С моим отцом я разберусь потом, сейчас главное – наша свадьба.

Она проследила, как Саид достал из кармана пиджака крестик на цепочке и протянул ей. Такой знакомый и родной, сколько лет этот крестик висел на ее груди? Она уже не надеялась увидеть его. А теперь Саид вновь протягивает ей его. Но впервые в жизни Вирджинии сложно взять любимое украшение. Казалось, с тяжестью металла такой же груз забот падает ей на душу.