Одно небо на двоих

А сейчас ей хотелось расслабиться после тяжелого полета: она шла не торопясь, глубоко вдыхая запах цветов. Экзотические ароматы дурманили голову, и на секунду Вирджинии захотелось представить себе эти цветы. Она прикрыла глаза.

Шаг – и она во что-то уперлась. Вирджиния с удивлением распахнула глаза. Опять Саид. Если он все время будет так резко останавливаться, когда-нибудь она свалит его с ног! Но виноват он будет сам – зачем так резко тормозить? Вирджиния огляделась вокруг. Где стюардессы, которые плелись за ним? И почему он не кричит на нее? Она подняла голову, но увидела, что капитан не смотрит на нее.

Ее он даже не заметил. Саид стоял, слегка прищурив глаза, и взгляд его был направлен в сторону. Девушка посмотрела туда же.

– Радуга, – улыбнулась она. Столько разных эмоций, сколько за эти два полета, она не получала никогда в жизни. Разноцветная полоса компенсировала все минусы. Стоило лететь, терпя Саида, чтобы сейчас просто молча наблюдать за этой красотой.

– Сколько цветов у радуги? – произнес он.

 – Пытаюсь сосчитать. Сливаясь друг с другом, некоторые цвета создают дополнительные оттенки, и кажется, что цветов гораздо больше, чем видим мы.

– Мужчины не наделены способностью различать большое количество оттенков. Ваше зрение, в отличие от нашего, не способно отличить бирюзовый от аквамарина. Но я могу посчитать за тебя.

Вот теперь он посмотрел на нее. Глядя в его глаза, Вирджиния нахмурилась. Раньше она могла с уверенностью сказать, что его глаза карие, почти черные, но сейчас они казались ей темно-зелеными, как бархат.

Как будто они впитали в себя всю зелень этого сказочного острова, и сейчас она отражалась в ней…

– Иди в автобус, нас ждут.

Грубо, но в этом весь Саид. Но ведь это не она остановилась, засмотревшись на радугу. Она лишь поддержала разговор… любуясь цветом его глаз.

Первые капли дождя заставили Вирджинию поторопиться. В автобусе она подсела к одинокой стюардессе и вздохнула, взглянув на капитана. Он сел отдельно от всех, ближе к водителю. К мужчине.

Проигнорировав весь женский экипаж.

– Сложный характер, – произнесла стюардесса, проследив за взглядом Вирджинии, – это мой второй рейс с ним. Вроде ничего необычного, но фамилия Шараф аль-Дин заставляет напрягаться. Когда я приношу ему кофе, мои руки дрожат. Как ты с ним работаешь?

– Молча. – Вирджиния посмотрела на девушку. Красивая. Черные блестящие волосы забраны в тугой пучок, большие карие глаза пристально изучают Саида. Захотелось прикрыть их рукой.