Одно небо на двоих

Он находился там же, их разделяла лишь плетеная деревянная перегородка. Убежать бы подальше, в тишину, в рай из зеленых деревьев, в глубь леса… Но она продолжала стоять, вдыхая аромат цветов. Плюмерия. Цветок, запах которого дурманит мозг и пьянит сознание. Здесь их сотни, в отличие от Дубая.

Увидев ее, Саид бросил мобильный телефон на стол и выдохнул.

– У тебя проблемы? – Ее голос заставил его даже встать со своего места и подойти ближе. Он выглянул за перегородку, встречаясь с ней взглядом.

– У нас у всех проблемы.

– Я просто хотела помочь.

– Чем женщина может помочь?

– Все ваши советы глупы.

– Ты встречал неправильных женщин.

– Я живу с пятью сестрами, мне хватает их советов.

Вирджиния поморщилась:

– Нет. – Он отрицательно мотнул головой. Была заметна его усталость. – Я люблю их и ради них готов на все. Но есть вещи, которые женщинам просто не надо знать.

Они продолжали стоять молча, рядом друг с другом. От хорошего настроения ничего не осталось, грубость капитана задела ее.

– Как хочешь, я просто предложила.

Она отвернулась и пошла в номер, но голос Саида заставил замереть:

– Авиакомпания теряет клиентов. Мы терпим убытки, и я боюсь, что это скажется на летном персонале.

Девушка обернулась. Такая престижная авиакомпания несет убытки? Неожиданно. Но, с другой стороны, откуда ей знать, сколько людей могут заплатить за бизнес-класс, летая «Arabia Airlines»? В мире много богатых людей, и они готовы платить любые деньги.

– Уменьши цену на билеты в эконом-классе, проведи распродажи, устрой акции.

Саид засмеялся, и она подошла ближе к перегородке, смотря на него в просвет. Глупое предложение, она прекрасно это знала. Его это забавляло.

– Не хочешь уже пересесть из кресла пилота в кресло президента авиакомпании? Одним пилотом меньше – это уже экономия.

Она улыбнулась, а он резко замолчал, смотря на нее в этот самый просвет.

– Из нас ты первой покинешь кресло пилота. У меня уже накопилось достаточно причин избавиться от тебя.

– Две причины мне известны, а какие еще?

– Ты задаешь много вопросов.

– Это причина, Вирджиния, – произнес он и отошел подальше от этой девушки. Он никогда столько не разговаривал с женщинами вне дома.

Вирджинию трясло от возмущения. Нет, когда он говорит, то становится гораздо хуже.