— Но теперь, когда ты знаешь, сюрприза не получится. Можно мне взять одну штуку? Пожалуйста. Мне так надоели овсяные пряники, которые она вечно печет.
— Ступай обратно к телевизору, — сказала Карла. Девушка огорченно вздохнула. Затем указала на Ди:
— Она останется обедать?
— Мы пригласим ее? Зинаида улыбнулась:
— Обязательно, если ты расскажешь мне перед сном сказку про Красную туфельку.
Она выбежала из комнаты.
Ди проводила ее взглядом. Потом посмотрела на Карлу.
— Она очень красива… но в чем дело? Это какая-то игра? Мне показалось, что она ведет себя, как двенадцатилетняя девочка.
— На самом деле как десятилетняя.
— Что ты имеешь в виду?
— Ее интеллект соответствует десятилетнему возрасту.
— И она — твоя большая любовь?
— Она — моя дочь.
Ди на мгновение потеряла дар речи.
— Выпей бренди, — сказала Карла. Ди осушила бокал одним залпом. Карла снова налила спиртное им обеим.
— Сними пальто и останься пообедать. Если любишь шоколадное печенье.
— Карла, когда ты родила ее?
— Тридцать один год тому назад.
— Но она выглядит так молодо. Карла пожала плечами.
— Они всегда выглядят молодо. Возможно, потому, что не ведают «взрослых» проблем.
— Ты… хочешь рассказать мне о ней?
— После обеда. Но сначала я предлагаю тебе отпустить машину. Я сама отвезу тебя назад в город.
Это был непринужденный обед. От такого поворота событий Ди испытала облегчение, ее душу переполняла любовь к очаровательной девочке-женщине, которая с аппетитом поглощала еду и болтала, не умолкая ни на минуту.
Мистер и миссис Харрингтон были, очевидно, семейной парой, ухаживавшей за Зинаидой. Ди заметила, что Зинаида называет Карлу «крестной». По завершении обеда девушка, вскочив из-за стола, сказала:
— А теперь крестная расскажет мне про Красную туфельку.
Ди сидела, затаив дыхание, пока Карла разыгрывала сказку — она говорила, танцевала. Ди никогда не видела, чтобы Карла так отдавала себя. Но ее любовь к Зинаиде была заразительной. В девять часов появилась миссис Харрингтон.
— Идем, Зинаида… у крестной гостья, пора принимать ванну и ложиться в постель.
— Ты придешь потом послушать молитву?
— Конечно, — обещала Карла, целуя дочь. Карла подбросила дров в камин. Печально уставилась на огонь.
— Она очаровательна, правда?
— Она выглядит потрясающе, — согласилась Ди. — У нее твои черты лица… а глаза темные. Наверное, отец Зинаиды был очень красив.
— Я не знаю, кто он.
Ди молчала. Она не двигалась, боясь разрушить настроение. Карла неуверенно заговорила.
