Пара карточек — еще туда-сюда, даже бездетные это могут вынести. Но когда тебя со всех сторон заваливают рассказами о вселенском родительском счастье… Язык отсохнет восхищаться. Да и против воли задумываться начнешь: а удалась ли собственная, без хлопот с детьми, жизнь?
— Пойдем покурим! — позвала Надю уставшая от фотопросмотров Ирина.
Митрофанова согласилась, хотя свою последнюю сигарету выкурила еще в школе, на выпускном. Но с Иркой, да еще на встрече одноклассников, самое время нарушить стерильный, без сигарет, образ жизни.
Они с Ишутиной вышли на порог кафешки.
Близился к вечеру роскошный весенний денек, припозднившиеся клерки спешили по домам, чахлые кустики сирени, обрамлявшие питейное заведение, отчаянно пытались переспорить аромат бензина.
Ира протянула ей пачку «Мальборо», спросила:
— Ты ведь вроде не куришь, Надька?
— Нет, — пожала плечами Митрофанова.
Достала сигарету, прикурила и вполне умело — за Димкой-то Полуяновым каждый день наблюдает — затянулась. Дым ударил в горло, Митрофанова закашлялась… Но сигарету не бросила — упорно втянула еще раз углекислого газа с никотином.
Не поперхнулась, но все равно довольно противно.
Ишутина усмешливо наблюдала за подругой. Фыркнула:"
"— Да, Надька. Курильщик из тебя знатный. — И поинтересовалась: — Что-то случилось? Или просто депрессуха?
— Да скучно все как-то… И серенько, — неуверенно ответила Надя. — Никаких итогов. Ни карьеры особой, ни мужа, ни детей. Десять лет прошло, а похвастаться нечем.
— Да уж, — саркастически протянула Ирина.
— Слюнявые отпрыски — это, конечно, колоссальное достижение.
Выдержала внимательный Надин взгляд и твердо закончила:
— Послушай, Митрофанова. Ранние дети — это теперь совсем не модно. Все нормальные люди, по крайней мере, до тридцати в свое удовольствие живут. А ляльку на старости лет заводят. Ближе к сорока. Когда уже и нагуляются, и денег заработают.
— Наверно, ты права, — вздохнула Надя.
Ирка — она молодец. Всегда правильные слова, чтоб утешить, найдет.
Наде очень хотелось пожаловаться подруге и на другое: что лишний вес, а силы воли ходить в спортклуб не хватает.
Что начальница — натуральная самодурша. А сердечный друг Димка — прекрасен, однако непостоянен, как весенний ветер…
Но рассказать о своей непутевой жизни Митрофанова не успела — к неприметной, неряшливо оштукатуренной кафешке подкатил длинный и ослепительный, будто на роскошной мещанской свадьбе, лимузин. Замедлил ход. И начал величественно въезжать на парковку.
