— В том месте, где тебе чай сервируют ? – ернически уточнил Полуянов.
— Сюда я тебя пригласить не могу, — спокойно парировала Надежда. И смягчила тон: — Но мы можем встретиться в «Адмирале». — И уточнила: — Это яхт-клуб по Дмитровке, тут и ресторан есть…
Про «Адмирал» Дима слышал — очень понтовое, дорогое и не шибко вкусное место. Ишь ты, Надюха, как сегодня приподнялась! К ужину небось на яхте пожалует?
— Ладно, как скажешь, — согласился он.
— Тогда в ресторане «Адмирал». На террасе. В шесть, — уточнила Надежда.
И положила трубку. А Полуянов взглянул на часы и торопливо выбежал из кабинета. Хотя его «Мазда» и скоростная, а к шести, да еще за город, он может не успеть.
Но, будучи истинным джентльменом и неплохим гонщиком, он появился в «Адмирале» за десять минут до назначенного времени. Устроился на террасе, смиренно выдержал брезгливый взгляд официанта, обращенный на его простецкие джинсы, и в стиле местных понтярщиков заказал себе «Перье» с долькой лимона.
Надежда пожаловала ровно в восемнадцать ноль-ноль.
Привезли ее ни много ни мало на спортивной «бэхе» — новехонькой, лакированной, с откидным верхом. Шофер распахнул перед девушкой пассажирскую дверцу, Митрофанова царственно выплыла из машины. Полуянов заметил: дверь роскошного автомобиля изукрашена свеженькими светлыми вмятинами, удивительно похожими на пулевые отверстия.
Ну Надька! Ну девушка-загадка! А он-то ее всегда за скромную библиотекаршу держал! Думал, что для нее поездка в «Мазде» — наивысшее счастье…
Дима поднялся навстречу подруге, чмокнул в щечку, отодвинул стул, помог усесться, галантно предложил:
— «Перье»?
— Текилы, — коротко потребовала она.
"
"И вполне умело велела подбежавшему официанту принести сто граммов серебряной «Ольмеки».
А едва халдей отошел, взглянула Полуянову в глаза и жалобно пробормотала:
— Дима… Я боюсь.
О нет! Только не очередной виток женских страхов!
— Ну, что еще опять?.. – устало пробормотал он.
— Меня… меня ведь тоже могут убить, — всхлипнула она. — Как Ленку… Как…
— И кто же сей злодей? — хладнокровно поинтересовался журналист.
— Наш историк, — пробормотала она. — Иван Адамович Пылеев.
И Дима еле удержался, чтобы не расхохотаться.
Десять лет назад. Надя
Чтобы отмазаться от дежурства по классу, выпускники придумывали миллион уловок и хитростей. Но иногда никакая смекалка с фантазией не помогала — и все-таки приходилось оставаться после уроков, драить полы и отдирать жвачку.
…В тот хмурый день ноября скорбная обязанность обрушилась на Надю.
