Одуванчик в тёмном саду

 — Вы же люстрой за чаем приглашали любоваться, обычно такие мероприятия всегда под пироженки проходят… Но мы же с вами не будем пленниками традиций? — улыбнувшись, она аппетитно облизнулась и отодвинула от себя почти пустую тарелку. — Теперь можно и пирожное. Какое здесь самое вкусное, по-вашему?

— Знаете, а давайте, вы действительно полюбуетесь на люстру, — не выдержал я.

И, подхватив провокаторшу на руки, закинул на кровать, а сам уселся рядом и поманил поднос пальцем, чтобы он завис возле меня.

Взяв очередной заварной шарик, обмакнул его в шоколад.

Девушка в это время послушно смотрела на люстру, вытянув шею, чтобы было лучше видно. Дождавшись, когда Дина вновь посмотрит на меня, я аккуратно провел по ее губам пирожным, которое вмиг исчезло, зато появился кончик язычка, уничтоживший следы шоколада, а затем его сменила хитрая призывная улыбка.

Сладкая, пахнущая шоколадом, она манила меня своей доступностью и, одновременно, какой-то отдаленностью. В ее голове не было никаких расчетливых мыслей, она думала только о нас, о том что происходит здесь и сейчас, о том, что ей приятно со мной целоваться… о том, что она не будет помогать мне себя раздевать, раз мне так нравится этот процесс… причем думала она обо всем этом и словами, и картинками, и чувствовала ровно то, что думала… Но при этом она не строила никаких дальнейших планов.

Ни со мной, ни с кем-то другим. Она словно жила только этим вот «здесь и сейчас», даже не загадывая, что будет завтра.

Раздев ее до пояса, я полюбовался на аккуратные, гладкие, манящие полушария с розовыми набухшими сосками…

Девушка, совершенно не смущаясь, какое-то время понаблюдала за мной, — я чувствовал ее спокойный внимательный взгляд.

Потом, словно задумавшись, потянулась к подносу, в направлении вазы с пирожными. Я поймал ее за запястье, уловил отблеск еще не до конца оформившегося желания… свободной рукой обмакнул заварной шарик в блюдце с шоколадом.

Ее пальцы на пару секунд соприкоснулись с моими, пока она забирала протянутое пирожное.

На губах промелькнула проказливая улыбка, и шарик уже почти ожидаемо оказался в соблазнительной ложбинке. И снова спокойный выжидающий моей реакции взгляд.

Хмыкнув, я тоже потянулся к подносу, подержал ладонь над ним, наблюдая за девушкой и делая вид, что размышляю.

А потом взял кувшин с шоколадом и вылил немного прямо ей на грудь:

— Чего мелочиться, верно?

Дина в очередной раз удивила — никакого возмущения или испуганного взвизгивания.