💎Офень флая федьма

Кажется, он взвинчен, готов к обороту и схватке. Воевода Нептуна сделал шаг по направлению к лестнице, что вела вниз, в каюту, где мы прятались, мой рогатый тут же преградил ему путь, что-то коротко рыкнув. Боевые русалы мигом обступили бывшего жениха Селены, всем своим видом демонстрируя готовность наказать наглого демона, как только прикажет шеф.

И чего они такие агрессивные, спрашивается? Рыбы ведь, вроде. А говорят еще, холодный, рыбья кровь. Эти же как бойцовские петухи, только и ждут, с кем бы повоевать, воинственные креветки! Ну ничего, усмирю и этих злых карасей, у меня на этот случай убойные зелья припасены.

Я ведь не просто метелка сегодня, а самая настоящая ведьма на задании да под личиной. Вооружена и очень прекрасна — это по-нашему!

Быстро достала из потайного кармашка в корсете платья полотняные мешочки и пару пузырьков. Проделала нужные манипуляции. Приспустила плед с плеч. Тяжело вздохнула, торгуясь со своей вопящей в голос порядочностью, и опустила слегка покалывающую кожу ткань еще ниже.

Потом отодвинула ее снизу, оголив ногу до самого «не балуйся». Взбила волосы руками, придав им художественный беспорядок, пощипала щеки для румянца и начала подниматься на палубу.

Аплодисментов, конечно, не жду, как и брошенных к ногам роскошных букетов, но все же появление мое будет триумфальным. Настало время утереть нос лорду Азраилу. Пусть знает, что выдающимися актерскими способностями не только он может похвастаться! А заодно вспомнит, что мужчин в этом мире много, и у меня — при желании — может быть роскошный выбор.

На одном рогатом свет клином не сошелся.

Пересчитав ногами ступеньки, распахнула дверь и позволила сначала облаку духов из заветного пузырька вырваться наружу, потом показалась сама — во всей красе, выпорхнув наружу, как диковинная райская пташка — красивая и с мозгом с горошину. Любимый мужской типаж.

— Ой, мальчики, простите, не помешаю? — изображая полураздетую, беззащитную и аппетитную мадам, ступила голыми ступнями на палубу — так, чтобы плед оголил мою ногу до бедра, и широко улыбнулась, маняще и глупо, пробуждая у мужчин основной инстинкт.

«Мальчики» замолчали, мигом перестав выяснять, у кого, э-э, трезубец больше, и вперили голодные взгляды в меня. Снадобья, незримо витавшие в воздухе, утихомирили их пыл, а остатки воинственного настроя сыграли на руку, пробудив в мужчинах совсем иные желания, больше сходные с созиданием, потому как верховодило тут уже умело разогретое вожделение.