💎Офень флая федьма

А в таверне Селене сегодня командовать. Она не обидится, когда узнает, что мне пришлось будущего зятя принимать. Интересно, а Кате этот мальчик по нраву?..

Вечер получился суматошный. Раскрасневшийся после горячего чая Тит всем понравился. Даже на меня он произвел крайне положительное впечатление. А уж я-то после всех подлостей, что по милости Тимьяна обрушились в последнее время, вовсе не склонна была выносить мужскому полу щедрые авансы.

Но главное, судя по тому, как довольно краснела Катя, то и дело нюхая букет роз, ей он давно приглянулся.

Двойняшки тоже одобрили, залезли к нему на колени, да там и уснули, разомлев, как котята в тепле. Ну точно, хороший мужичок будет, деток ведь не обманешь. Только откормить малость придется. Но этим я займусь, станет у меня холеным, как кот на сметанке да сливках.

Оставив молодых женихаться наедине, но под чутким надзором Кондратия, я при помощи демона унесла малышей в спальню и уложила на ночь. Сказка не потребовалась, хватило впечатлений от гостя.

Поправив одеяльца, поцеловала в пахнущие невинностью и счастьем лобики, постояла, слушая детское сопение, пробирающее до самых глубин души, и вышла в сад, чтобы немного пройтись и подышать свежим воздухом.

Ночь обняла прохладой, окутала звездным пологом, вышитым вечностью, остужая щеки и наводя порядок в душе.

— Замерзнешь ведь, — на мои плечи легла шаль и вместе с заботой Эзры согрела меня.

— Спасибо, я не мерзлячка, — улыбнулась ему.

— Да уж вижу, ты всех вокруг греешь, — тихо ответил, и я почувствовала его горячую ладонь на спине.

Отодвигаться не стала. — Как солнышко, — еще тише добавил и осторожно погладил по щеке, когда посмотрела на него. — Обо всех думаешь, обо всех заботишься. Весь день в делах. А о тебе кто побеспокоится, Марьяна?

— Эзра… — попыталась возразить, но мягкие губы накрыли мои, и что-то говорить совершенно расхотелось.

Звездочки запорхали вокруг, будто вспугнутые кем-то светлячки. Прохлада убежала прочь.

В объятиях демона, что крепко прижал к себе, стало жарко. Его поцелуи, все более настойчивые, распаляли желания, о которых напрочь забыла. Что-то встрепенулось в душе. То самое, что не дает ночами спать в юности, заставляет всю тебя сиять, будто изнутри льется свет, и заходится бешеным ритмом сердца, что жаждет любить.

Ведь любить — значит жить!

— Прости, Марьяна, я много себе позволил, — хрипло выдохнул мужчина, когда уткнулась лбом в его грудь.