— Воланд?[471] — ахнула Елена Сергеевна Булгакова.
— В моем пантеоне таких богов до сих пор не встречалось. — Писатель издал сдавленный смешок. — Понимаешь, душа моя, он будто сошел со старинных гравюр. Высок, строен, с широкими плечами, словно атлант, и невероятным взглядом синих глаз. И при этом в нем будто сконцентрирована вся первобытная ярость мира. Нет, он вежлив, обходителен и даже весьма обаятелен, но вот только это обаяние заряженного оружия. И как он двигается! Я видел сытого и довольного жизнью тигра, но не приведи Господь увидеть его голодным!
— Ты с ним говорил? — в голосе молодой женщины прорезался страх.
— Да, и не только. — Булгаков расхохотался странным клекочущим смехом. — И знаешь, что он мне предложил? Написать роман о мистерии войны. Обещал полное содействие и даже дать прогуляться по немецко-французским тылам.
— Но ведь это просто невозможно опасно! — Елена прикрыла рот кончиком пухового платка, которым были укрыты плечи.
— Опасно? — Михаил Афанасьевич снова рассмеялся и каким-то шальным взглядом смерил жену.
— Он бог войны. Даже рядом с ним находиться опасно. Но таких предложений два раза не делают. Если я хочу написать нечто такое… соответствующее этому громовому времени, нужно соглашаться. И клянусь тебе, душа моя, это будет лучший роман моей жизни!
12
— Товарищ Сталин, есть информация, что некоторые генералы, например Новиков, не только живет с двумя женщинами, но и встречается с актрисами. Что делать будем?
— Что делать, что делать… Завидовать будем, да.
Из диалога Булганина и СталинаЗима и весна проскочили для Новикова словно короткометражка. Наступление готовилось со всем тщанием и по всем линиям, включая дезинформацию, которой занимался лично Судоплатов и осуществлял радиоцентр Корпуса. Несколько десятков взятых агентов давали командованию Еврорейха вроде бы разрозненную, но в целом объемную информацию о сроках, силах и средствах будущей стратегической операции, получившей название «Суворов».
Еврорейх тоже готовился к битве, подтягивая технику и людские резервы к линии фронта, надеясь встречным ударом опрокинуть готовые к удару войска.
Как известно, армия, готовая к наступлению, сильно уязвима, и германо-французское командование хотело в полной мере использовать этот фактор.
Для блокирования высотных разведчиков были изготовлены даже специальные бомбардировщики с зенитными пушками на борту и пара десятков реактивных истребителей «Мессершмитт 262», которые забирались аж на двенадцать километров.
