— Джонсон, сообщений из Офиса не было?
— Нет, сэр. — Долговязый веснушчатый парень повесил одежду на вешалку и аккуратно поставил цилиндр на полку для шляп. — Я поднимался к шифровальщикам, у них пусто.
— Как придёт, сразу ко мне на стол. — Уинтерсэнд вошёл в натопленный кабинет и, поддёрнув манжеты, подошёл к бару, где стояла бутылка кларета. Налив в бокал багровой жидкости, сделал несколько больших глотков, сел за свой стол поработать с документами.
Кирилл, внимательно отслеживавший все перемещения резидента британской разведки в мощную оптику из здания напротив, скосил взгляд на часы.
Яд, размазанный по стенкам бокала, уже начал действовать. Оставалось лишь проконтролировать заключительную фазу спектакля.
Стереотруба с сорокакратным увеличением позволяла разглядеть даже мелкие детали, а направленный микрофон доносил вполне разборчивые звуки, и Новиков увидел, как внезапно вытянувшись в кресле, Уинтерсэнд замер, а потом упал лицом на стол, опрокинув бокал с кларетом на пол. Кирилл несколько раз щёлкнул киноаппаратом, превращённым в фотоаппарат с гигантским запасом плёнки, фиксируя для руководства завершающий этап карьеры матёрого разведчика.
Бертран Вустер появился ровно в четырнадцать десять и быстро придал картине завершающие штрихи.
— Всё, Глеб. Больше ничего интересного. — Майор повернулся в сторону своего начальника и вздохнул. — Теперь аккуратно дожать Бертрана, и дело, можно сказать, сделано.
— Тебя послушать, так всё просто и легко. — Глеб дернул плечом. — Да пока ты там по крыше ползал да в кабинет пробирался, я чуть не поседел.
— А чего седеть-то? Ни датчиков движения, ни камер наблюдения, даже сигналки на окнах нет. Сплошная пастораль и лепота. — Кирилл нейтрально пожал плечами. — Поехали рапорта писать?
— А здесь одного Пашку оставим? — Глеб с сомнением посмотрел на лейтенанта, отложившего в сторону оперативный журнал и приникшего к окулярам стереотрубы.
— Хочешь ему для компании девочек прислать?
— Вот уж перебьётся. — Глеб рассмеялся и шагнул в прихожую. — Поехали, в самом деле, а то я уже сутки на ногах, а ты и того больше.
Отчёт получился большим. Почти на пять страниц убористого текста. Закончив стучать по клавишам, Кирилл разделил копии и, поставив отметки в секретной части и запечатав отчёт в конверт, отправил в комиссариат.
Телефон негромко клацнул, как он всегда делал перед тем как зазвонить, и выдал громкую трель.
— Новиков у аппарата.
— Товарищ Новиков, секретариат товарища Сталина.
— Слушаю, товарищ Поскрёбышев.
