Офсайд

Она какое-то время смотрела на дисплей, колеблясь, но в итоге все-таки взяла трубку.

– Да, мамочка. Я так рада тебя слышать, – наиграно бодро произносит Лекси.

– Милая, когда ты вернешься?

Один и тот же вопрос. Каждый раз.

– Скоро, мама. Завтра у Джейсона последняя игра, и мы сразу полетим домой. Я обязательно к вам приеду.

– У тебя такой натянутый голос. Ты страдаешь, моя девочка. Я же чувствую. Зачем тебе находится там? У него есть подруга. Мы с Андреа смотрим телевизор, не глупые. В качестве кого ты с этим молодым человеком? Ты нам оставила так много денег.

– Мам… – Лекси потирает переносицу. – Ты не понимаешь. Все это сложно. Майли, она не… Это пиар такой. У меня все хорошо. Мы с Джейсоном вместе, и он заботится обо мне. И материально тоже.

– Но ты не такая. Я знаю, милая. Ты бы не взяла деньги у мужчины. Я не верю тебе, Мария, – выдыхает мама. – Я знаю, когда ты лжешь, я вырастила тебя. На самом деле я звоню по другому поводу. Просто услышала твой голос с этими безнадежными тоскливыми нотками, и все из головы вылетело.

– Что-то с папой или Андреа? – встревожилась Лекси.

– Нет. Все, слава Богу, стабильно. Дреа проходит лечение. Папе купили новые препараты. Мик к нам заходит. Часто. Спрашивает о тебе.

– Мам, не нужно о Мике. Это уже не имеет смысла.

– Да, я понимаю. Бедный мальчик.

– Ты хотела что-то сказать, – напомнила Лекси.

– Сегодня приходила Джоселин, – произнесла Лаура Памер. Александра почувствовала, как острая боль сдавила виски.

– У меня осталось какое-то странное ощущение после ее ухода, Мария. Она принесла письма. Тебя приняли в Гарвард, дорогая, и в Принстон. Оба университета одобрили стипендию. Тебе нужно только выбрать.

– Что? – хрипло спросила Лекси. Горячие слезы потекли из глаз. – Но как же так? Я думала…

– Я тоже не поняла, Мария. В письмах стоит дата. Одно пришло восемнадцатого мая, другое девятнадцатого. Ты же еще жила с Джос. Почему она тогда сказала, что забыла тебе передать? Как можно забыть передать такие важные письма?

Лекси знала, как! Джос уже придумала свой гребаный план.

– Я убью Джоселин, – вслух произнесла Лекси.

– Я тебя понимаю. Но ничего страшного не случилось. Занятия начинаются в октябре. Ты успеешь подготовиться. Поэтому я хочу, чтобы ты приехала домой.