Офсайд

Все его резкие перепады, волнующие обжигающие взгляды, сверхъестественная страстность, мощная опасная энергетика, приперченные страхом боли и унижения, борьбой со своими собственными желаниями… Невыносимая эмоциональная перегрузка. Лекси заблудилась в лабиринте его желаний, больных, возбуждающих, смертельно опасных. Он перепутал все ее понятия, перетасовал, подсунул свои, фальшивые, абсурдные, извращенные, и она, черт побери, играла в его грязные игры.

Ей нужно вырваться ненадолго. Отвлечься. Она, как пьяная, одурманенная психотропными веществами.

Что ей вливала в кровь Лиса? Лекси не чувствует больше себя собой, не узнает, ищет причины, объяснения, источники изменений…

Поговорить с родителями. Вот, что ей нужно. Разумеется, она не расскажет правду, но хотя бы сможет услышать их голоса, увидеть родные лица, ощутить твердую почву под ногами… Жаль, что она не успела попросить у своего мучителя мобильный телефон, чтобы позвонить домой. Обращаться к обслуживающему персоналу или членам безумной семейки не хотелось совсем.

После звонка родителям она бы точно уснула.

Ничего, завтра она заедет к ним лично. Джейсон «Садюга Доминник» пообещал, что она сможет с ними увидеться. Только как ей отсюда выбраться? Пешком она только по территории резиденции будет шлепать до внешних ворот часа два. А там тоже, черт знает, как далеко до Бруклина. Значит, придется просить машину. Лекси судорожно вздохнула, прекрасно понимая, чего ей это будет стоить. И что сказать родителям? Что сказать Андреа? А Джоселин?

Занимаясь самобичеванием и раскладывая собственные ошибки по полочкам, переосмысливая возникшую ситуацию, Александра размышляла над будущей стратегией.

Ей нужно изменить тактику. Она уже видела Джейса в гневе. И больше не хочет повторения. Этот человек ненормален, аморален, и ему необходимо унижать и причинять боль. Он будет искать повод, чтобы поставить ее на колени, и найдет. И только от нее зависит, как быстро Джейс это сделает. Чем дольше Лекси удастся удержать его таким, как сегодня, тем быстрее пройдут следующие пять месяцев. В принципе, с Джейсоном Доминником, которого она видела сегодня, договориться можно. И то, что он делает с ее телом и разумом, когда прикасается… Нет, нельзя об этом думать. Лекси сворачивается калачиком, зажимая ладонь между коленями, поджимая их к груди. Нельзя думать. Грязно и порочно. И стыдно. Неправильно. Ее должно тошнить от него, от одного его запаха, голоса, взгляда… Каждое прикосновение должно внушать ужас и омерзение.