Огнем и броней

Во всяком случае, за те почти два года, что мы тут провели, не было никаких предпосылок, чтобы заподозрить обратное. Что нам сейчас делить? Наших держав еще нет. Мы оказались выброшены в другой мир. Так ради чего нам воевать друг с другом? Вот я и приглашаю вас воспользоваться нашим гостеприимством, чтобы вы убедились – мы не хотим войны.

Обер-лейтенант колебался. По-видимому, происходящее не укладывалось для него ни в какие предварительные заготовки, а посоветоваться с начальством возможности не было.

Пауза затягивалась, и тут слово взяла Матильда, обратившись к нему с обворожительной улыбкой на хорошем английском.

– Господин офицер, вам действительно нечего бояться. Поверьте, мы не хотим воевать…

Обер-лейтенант фон Альтхаус растерянно уставился на красивую женщину и не мог вымолвить ни слова. Какое-то время они молча смотрели в глаза друг другу, но в конце концов офицер очнулся.

– Простите… Но у меня приказ…

– Так вернитесь обратно на корабль и передайте наше приглашение командиру.

Вы – наши гости. И мы рады видеть близких нам по духу людей. Думаю, вы поняли, о чем я говорю.

– Хорошо… Я так и сделаю…

Немцы спустились на катер, и через несколько секунд он отвалил от причала, устремившись обратно. Леонид и Карпов удивленно переглянулись.

– Куда это он так рванул?

– Вы же сами слышали – передать наше приглашение. Сейчас он доложит командиру о том, как его встретили, а там уже командир будет решать – наносить нам визит, или нет.

В любом случае, дело это небыстрое. Леонардо, Андрэ, поехали домой.

Леонид глянул в лицо жене, и она еле заметно кивнула, улыбнувшись. Дело сделано…

По дороге не разговаривали во избежание лишних ушей. Карпов все прекрасно понял, так как был в курсе задуманной «спецоперации», и помалкивал. Доехали быстро, город уже порядком опустел. На самой асьенде Леонида тоже осталось немного народа, большая часть слуг вместе с детьми отбыли в старый дом Матильды. Едва за ними закрылась дверь рабочего кабинета, как оба почти одновременно выдохнули.

– Готовы? Садитесь и слушайте. Я вошла в его память и все узнала…

Рассказ Матильды от первого лица оказался таким захватывающим и реалистичным, будто бы она сама находилась на «Карлсруэ». Сначала немцы ничего не поняли. Решили, что столкнулись с неизвестным природным явлением. Во всяком случае, никакого заметного влияния на них работа установки перемещения во времени не оказала.