Красивая светловолосая женщина с синими глазами, смотревшими так, словно бы она запоминала все, что видела, запоминала навечно, чтобы потом когда-нибудь вспомнить и описать с точностью исследователя.
Подполковник тогда спросил ее о «людях Гейнца».
— О, они знали меня под другим именем и в другом месте! — равнодушно ответила Марина Николаевна.
— Но у них, видимо, есть ваши фотографии?
— Несомненно! Но ведь и они — люди, — значит, теперь им пришла пора думать только о собственной шкуре."
"— А те, кто организует «вервольф»? Ведь они-то не уйдут до конца!
— Не думаю, чтобы у них что-нибудь вышло из этого «вервольфа»! Для партизанских действий нужны люди, верящие в свою правоту и пользующиеся полной поддержкой населения.
А фашизм подорвал эту веру бессмысленной жестокостью. И потом фашисты собираются применить тактику «выжженной земли» даже и на собственной территории. Думаю, что при такой тактике у них не останется ни одного человека, который пожелал бы защищать фашизм…
— Я все-таки советую вам действовать осторожнее.
Пока что фашисты не верят в наше скорое наступление. Значит, они тем более поддерживают свой хваленый порядок в ближнем тылу.
— На вулкане танцевать я не собираюсь, — усмехнулась Марина Николаевна. — Но если я должна быть в городе Дойчбурге, значит, там я обязана легализоваться. А это, несомненно, приведет к знакомству с полицией. Но я должна сказать, что «люди Гейнца» с полицией не сотрудничают. Только с гестапо. И потом, после покушения на самого Гитлера, у них слишком много работы среди военных.
Вряд ли их заинтересует безвестная беженка — немка из Риги… У них на подозрении слишком много генералов…
«Пожалуй, Марина Николаевна права, — размышлял подполковник. — После генеральского заговора против Гитлера гестапо проверяет чуть ли не все офицерство. Документы у Марины Николаевны отличные. А поездка в Дойчбург просто необходима… И, пожалуй, женщине легче побывать там…».
Он уже понемногу забывал о своем извечном недоверии к женщине.
Проводив Сибирцева, подполковник встал из-за стола и долго ходил по кабинету, думая уже о том, что надо перебазировать авиационную разведку на дальние подступы, где выявлены какие-то неизвестные ранее рокадные дороги, идущие с севера на юг, параллельно линии фронта.
И человек, который обсуждал сам с собой эти обстоятельства, был уже совсем не тот, который только что беспокоился о судьбе мало знакомой ему женщины.
Но, приняв молодого майора в свой отдел, Масленников уже не забывал о нем.
