Огненная леди Туманных холмов

Так что с завтрашнего дня я пришлю вам учителя и…

– Подождите! – Агния невольно сделала несколько шагов вслед королю и, остановившись прямо перед ним, подняла глаза вверх: – Сегодня утром я, не дождавшись от вас решения вопроса, сама спросила мэтра Лантье, почему он запрещает мне заниматься магией. И мэтр ответил, что поскольку его коллега мэтр Этьен является королевским лекарем, то правила субординации не позволят ему нарушить приказ. Мэтр Лантье утверждал, что именно мэтр Этьен запретил мне занятия.

Король несколько грубовато схватил Агнию за руку и потащил к столу:

– Садитесь! И повторите все так точно, как только сможете вспомнить.

Глава 20

Спать в эту ночь Агнии не пришлось: король вызвал к ней в апартаменты барона Энтони Бентона. Вместе с бароном пришло еще несколько служащих, и Агнию заставили много-много раз рассказывать одно и то же. Посуду на столе сдвинули в сторону, так и не допустив в покои горничную, и разложили несколько листов со схемами, которые начальник тайного отдела вытащил непонятно откуда: Агнии показалось, что прямо из воздуха.

"Мужчины рисовали стрелки, о чем-то немного спорили, а в какой-то момент барон, недовольно оглянувшись на скучающую Агнию, сделал нечто непонятное с одной из своих пуговиц, и весь стол, вместе с окружавшими его людьми, разложенными бумагами и грязной посудой скрылся под огромной полусферой, мягко переливающейся радужными бликами. Из-за этих самых бликов рассмотреть, что происходит внутри, было совершенно невозможно.

Оторопевшая Агния сперва с большим интересом рассматривала очередное проявление магии и даже опасливо потрогала пузырь пальцем, опасаясь, что или он лопнет, или ее ударит током. Однако ничего такого не произошло: пленка чуть прогнулась под пальцами, на ощупь она казалась теплой и гибкой, но при этом превращала все находящееся внутри в мутные силуэты.

Через некоторое время ей надоело любоваться мерцающей пленкой, и она несколько раздраженно уселась в кресло: «Как всегда… Все прерывается на самом интересном месте! В конце концов, это же я дала им ниточку. Могли бы быть чуть повежливее…», – с досадой думала она.