Огненная леди Туманных холмов

Она существовала изначально, и у местных наверняка есть преимущества перед ней в более точном понимании процесса."

"Разговоры она вела и с мэтром Готье, и с королем, и даже с горничными, пытаясь выяснить, что из себя представляет любое заклятие.

– Ваше величество, а почему меня не обучали заклинаниям?

Лоренцо удивился искренне, это Агния почувствовала.

– А зачем они тебе? Нет, если ты так хочешь… Просто заклинания – это не самая интересная часть магии. Они всегда узкоспециализированны и вряд ли тебе пригодятся, с твоей-то силой.

Впрочем, если у тебя есть время и желание, я найду учителя, – добродушно пообещал Лоренцо. – Только учти, что тебе придется не столько учится, сколько зубрить.

– Зубрить? – удивилась девушка.

– Именно так, Агния: зубрить, – подтвердил король. И признался: – Я в свое время терпеть не мог эти уроки.

Информация собиралась по крохам, но была достаточно необычной. Заклятия и заклинания как бы не зависели от воли людей и находили их почти всегда случайно.

Само заклятие или заклинание – любое из них состояло из двух частей, которые должны были слиться: некое движение и произносимый при этом набор звуков. Новые заклятия появлялись в мире чрезвычайно редко. Их никто не придумывал, казалось, что они существовали сами, независимо от людей. Примерно как драгоценные камни. Лежат они себе в земле и просто ждут, пока кто-то их раскопает. Так же и заклятия.

Рано или поздно в мире возникала какая-то ситуация, которая повторялась из раза в раз и сопровождалась более-менее одинаковой реакцией магов.

И рано или поздно среди многих тысяч повторений возникал момент, когда движения и звуки сливались, творя некую, иногда – совершенно неожиданную магию.

Агния не всегда сразу понимала объяснения, но то, что непонятно рассказал Лоренцо, сможет уточнить мэтр Готье. И она аккуратно расспрашивала, не боясь показаться глупой незнайкой.

За образец можно взять заклинание убежавшего молока.

Историю его появления в местных школах обычно приводят как пример возникновения всех заклятий мира. Миллионы раз повторенная разными людьми и в разное время ситуация и досада на то, что молоко убежало. Миллионы раз кто-то говорил: «Ах какая досада!” и брал в руки тряпку. Кто-то недовольно фыркал и, хватаясь за край горячей кастрюльки, обжигал пальцы, ругаясь вслух. Кто-то с философским спокойствием пожимал плечами и говорил: «Ничего страшного.».