Огненные стрелы страсти

Прежде чем ты уйдешь, мне нужно кое-что тебе сказать, – задержал ее Том.

– Я слушаю, – пробормотала она, сдерживая стремление подойти к парочке, взять у Люка бокал с шампанским и выплеснуть его содержимое на платье Фелисити.

– Марианн беременна.

Ее внимание резко переключилось на Тома, взор на секунду затуманился.

– Мои поздравления, – отчужденно проговорила она. В конце концов, Том всегда об этом мечтал.

«Нет, не всегда», – напомнила она себе. В самом начале их отношений они договорились, что у них не будет детей.

Но вскоре после помолвки Том признался ей, что хочет иметь полноценную семью. Точнее, хотел уже довольно давно. Он думал, что, сделав ей предложение, заставит ее передумать. А Эмили почувствовала себя обманутой. Она знала, что некоторые люди ее осуждают, считают ее решение неестественным, но у нее были на то веские причины. В конце концов их отношения зашли в тупик, и они разорвали помолвку.

– Ты должна была узнать об этом от меня.

– Я очень признательна тебе за заботу. – Она натянуто улыбнулась.

 – А теперь ступай к своей жене и гостям.

– Спасибо, Эм, – сказал Том. – Наслаждайся вечеринкой. – Поцеловав ее в щеку, он удалился.

– Итак, Люк, как вы познакомились с Эмили?

Люк изо всех сил пытался сосредоточить свое внимание на Фелисити, которая так некстати возникла у него на пути. Он слушал ее вполуха, кивал, смеялся, когда смеялась она, при этом думая, как бы ему поделикатнее избавиться от ее руки, которая лежала на его локте.

– Нас познакомил общий друг, – пробормотал он, глядя на Эмили.

Люк был охвачен давно забытым ощущением, заставляющим его кровь кипеть, желанием увести Эмили отсюда и овладеть ею. Именно поэтому он наблюдал за ней и женихом. То, что он видел, ему не нравилось. Том, несомненно, был для нее больше чем другом. Люк пристально смотрел на лицо Эмили, выражение которого постоянно менялось. Вот в глубине ее зеленых глаз чтото промелькнуло, и она резко побледнела.

Приглядевшись, Люк обнаружил, что не он один наблюдает за Эмили и Томом.

– Мне нужно отнести Эмили шампанское, – перебил он трещавшую как сорока Фелисити.

– Оно ей понадобится, – заметила та. – Бедная девочка.

Жалость в голосе Фелисити привлекла его внимание сильнее, чем все ее кокетливые ужимки.

– Правда? Почему вы так говорите?

Девица заговорщически наклонилась к нему:

– Не представляю, как ей удалось пережить это унижение. – Она сделала паузу. – Том и Эмили были помолвлены.

Люк замер.

– Я этого не знал, – пробормотал он.