Огненные стрелы страсти

Да и какой смысл во всех этих деньгах, если некогда их тратить? И не на кого.

Люк нажал несколько кнопок, чтобы переключиться на НьюЙоркскую фондовую биржу. Отлично. Его прогнозы сбылись, и это вызвало у него чувство удовлетворения. Он прекрасно прожил один последние три года. Ему и сейчас никто не нужен.

– Ты все еще здесь?

Вздрогнув, Люк обернулся и увидел стоящую в дверях Эмили. На ней было короткое красное платье, светлые кудри растрепались, лицо было заспанное.

Захлопнув ноутбук, он поднялся:

– Ты меня напугала.

– Разве ты не должен быть на работе?

– Мои люди прекрасно справляются без меня.

Она улыбнулась, и его тело немедленно отреагировало.

– Уверена, Анна приехала бы, если бы ты ей позвонил.

Это ему даже в голову не пришло.

– Как ты себя чувствуешь? – спросил он.

– Намного лучше. Спасибо, что позаботился обо мне.

– Никаких проблем.

Эмили направилась к нему, и с каждым ее шагом его сердце билось все чаще.

– Ванна и сладкосоленое питье… Откуда ты знал, что нужно делать? Ты, случайно, не подрабатываешь доктором в свободное от штурма финансовых рынков время?

– Когда ты упала в обморок, я позвонил в местную клинику, и мне дали подробные указания.

Эмили взяла его ладонь и положила на свою грудь:

– Чтонибудь чувствуешь?

Нахмурившись, Люк поднял руку, прижал пальцы к жилке у основания ее шеи и засек время.

– Все нормально, – сказал он через минуту.

– Прости, что напугала, – мягко проговорила она.

– Об этом не беспокойся.

– Может, останешься на ужин?

– С удовольствием.

– Давай я выстираю твою рубашку.

– Не нужно.

Эмили обольстительно улыбнулась ему:

– Думаю, нужно. Останься. Ты прочитал мое письмо и знаешь, чего я хочу. Вижу, ты и сам хочешь этого.

– Ты нездорова.

– Я в порядке. Правда. – Эмили немного покружилась на месте, затем сделала реверанс.

Девушка открыла дверцу холодильника и, наклонившись, достала стейк. Тонкое платье плотно облегало ее фигуру.

– Хорошо. Убедила.

Эмили подошла к нему. Нет, это неподходящее слово. Она скорее скользила, нежели шла. Ее бедра плавно покачивались, глаза потемнели от желания. У Люка пересохло во рту. Ему казалось, что его джинсы вотвот лопнут. Он никогда еще не испытывал такой сильной страсти.

– Мясо разморозится только часа через два.