Огненный князь 4 (СИ)

И судя по сидевшей рядом с ним Алгомской, что-то ему шепчущей на ухо, это был ее папа и по совместительству глава Тайной Канцелярии. Да и сложно было его не узнать — фамильное сходство с Вероникой было на лицо.

Тут же была и Наталья Громова, которая сидела как бы по центру, четко давая понять, что она и не с ними, и как бы не с нами. Золотая середина, она воздержалась и все такое.

— Ваше императорское величество, -склонились Лиза и я в поклоне. Не слишком низко — много чести. Императоров по всем мирам как блох на собаке.

Я больше не являлся его подданным, так что пусть гуляет лесом. Мой приход сюда — дань вежливости, не более. Нет, при желании он, конечно, может испортить мне жизнь, хотя куда уж дальше…

— Тимофей Владимирович, -блеснул тот глазами. — Присаживайся. Мы тут, так сказать, в неформальной обстановке, так что гнуть спину смысла нет.

Окинув еще раз взглядом свободные места, я выбрал кресло, стоящее с другого торца стола, как раз напротив императора. Секунда колебания — и Лиза села рядом, точно отзеркалив свою мать.

— Вот, значит, как, -протянул её отец.

Пара ударов сердца — и с другой стороны от меня вызывающе грохочет отодвигаемым креслом Вероника.

— Бунт? Заговор? Мятеж в роду? —сурово нахмурил брови глава Тайной Канцелярии, глядя на усевшуюся рядом со мной дочь. Вот только глаза его смеялись.

— Да нет, Володь. Тут, как мне кажется, любовь, -восторженно захлопала ресничками императрица. — Экий молодец — двух красавиц потащил под венец!

— Мне кажется, ты несколько торопишь события, Мария, -заметил тот.

— Нет, я думаю, что они как раз наоборот, застыли на одном месте.

— Твоя работа? —кивнул в нашу сторону император, сурово глядя на жену.

— А чего сразу я? —возмутилась она. — Доченька выросла, стала самостоятельной. Я рада за нее. Вон какого красавца себе отхватила. Эх, была бы я не замужем и помоложе…

— Мария!!! —рявкнул, теряя терпение, император.

— Все молчу, молчу. Наше бабское дело сидеть у окошка, да мужа встречать. Прости, забылась, -покаялась она и даже попыталась пустить слезу.

Но ее игру никто не оценил. Поэтому, не дождавшись бурных аплодисментов, она вновь превратилась в довольную жизнью кошку, которой пообещали бессрочный абонемент на молочный завод.

Я смотрел на этот разыгрываемый передо мной спектакль и молчал с каменным лицом, ожидая, когда они вдоволь натешатся. Постановка была неплоха, да и актеры уже давно сыгранные, так что любой другой принял бы все это за чистую монету.