Онлайн-библиотека книг
Видя ржущих курсантов, он остановился, глубоко вздохнул и тут я понял, что мне, мягко говоря, конец. Шутка зашла слишком далеко, сбежать я уже не успею, завещание написано, значит, буду превозмогать.
Удар воздухом — и учитель подлетает вверх, закутанный в него, будто в кокон.
Миг — и сковывавший движение воздух просто разрывает на тысячи мелких кусочков. Множество мелких ветряных лезвий разлетелись во все стороны, освобождая своего создателя.
Следом в мою сторону тоже полетели подобные лезвия, вот только в несколько раз крупнее и, судя по энергии, вложенной в них, в десятки раз сильнее.
Увернулся от них я довольно легко, просто подпрыгнув максимально высоко и пропуская под собой техники учителя. Но, даже не успев приземлиться, пропустил первый удар.
«Ну, здравствуй, стена. Давно мы с тобой не виделись», — подумал я, сползая вниз.
Учитель замер на противоположном конце арены. Вокруг него кружилось множество маленьких смерчей, окутанных огнем.
Старый пердун напал только после того, как я поднялся на ноги.
На его атаку я смог отреагировать только благодаря комбинации эфира огня и воздуха, которыми окружил все пространство вокруг себя. Я даже не увидел его, а чисто инстинктивно сделал маленький шажок назад.
И удар учителя прошёл в буквальных сантиметрах от моего лица. Раздался оглушительный хлопок — и ударной волной меня откинуло, вновь впечатав в стену, от которой я успел отойти всего на пару метров.
Охренеть и это только ударная волна, а что будет, если он с такой силой вдарит по мне? Успею ли я хотя бы подумать об изменении завещания, или можно будет сразу везти закапывать то, что от меня останется?!
Дальше началось настоящее избиение младенцев. В качестве последних, естественно, выступал я. Мне удавалось держаться только благодаря постоянным постановкам различных щитов.
Но продолжаться бесконечно это не могло. Меня хватит ещё максимум на десяток щитов, а после наступит полное опустошение.
Полное опустошение — звучит, словно название какого-то дешёвого фильма. Но больше я ему ничего противопоставить не мог. Бой силами стихий — это его территория, на которой он бог. С ним надо бороться иначе.
