— Что случилось? — спросил я взволнованного орка, но он лишь махнул рукой, приглашая меня следовать за ним. Наше путешествие оказалось недолгим, а вот то, что я увидел на выходе из постоялого двора…
Небольшая площадь была запружена народом. Тут были и рыкари, и курсанты, куча магов, мелькала форма рейдеров. А уж о простых жителях и говорить не стоит. Расположившись полукольцом, они смотрели на коменданта, который орал на Оливию с Лерой, буквально брызгая слюной. От этой картины я буквально осатанел. Чтобы моих девчонок морально трахал какой-то урод?!! Держите меня семеро!
— Явился! — увидев меня, он тут переключил свою ярость.
— Лейтенант Багрянин, вы обвиняетесь в убийстве и измене. Суд и оглашение приговора состоится немедленно. Допрыгался, кузнечик, — злорадно закончил он.
— Ты с утра мухоморов, что ли, объелся, раз несешь подобную херню? — спросил я, ничуть не впечатленный его словами. Внешне оставаясь спокойным, я уже прикидывал, как половчее грохнуть этого недоумка, что помешал мне спать. Мои уже все вышли на улицу и стояли рядом, готовясь сеять смерть и разрушения.
— Комендант Брусилов, вы обвиняетесь в мужеложестве, совращении малолеток и поедании детей по утрам. Суд состоится немедленно. Приговор — смертная казнь через отрезание члена, — заявил я, с удовольствием наблюдая, как его морда наливается кровью.
— ЧТО-О-О-О-О?!! Да как ты посмел!!! Взять его!
— Дружина, к бою! — рявкнул я, активируя щит."
"— Всем стоять! — вышла вперед Света, воевода рыкарей. — Мне надоел этот фарс.
Господин комендант, когда от вас прибежал посыльный и буквально потребовал, чтобы мои рыкари помогли задержать преступника, я согласилась, не задавая вопросов. А вот сейчас они у меня возникли, и я требую ответа. В чем конкретно обвиняют Багрянина?
— Ага, заодно поясни, с какой это стати штабной циркуль собрался судить одного из командиров Божественной дивизии? Совсем в себя поверил, что перестал берега видеть? Мы не подвластны смертному суду, бестолочь. Но все же и я хотел бы послушать, что за пилюлю храбрости он принял, прежде чем в чем-то меня обвинять.
— Я, как комендант крепости, имею право сам провести расследование и суд! Хочешь конкретики — изволь. Ты обвиняешься в убийстве князя Мышкина, коменданта крепости графа Аракчеева и в диверсии возле крепости Смерть, которая привела к частичному разрушению ее стены. В результате чего крепость едва не была уничтожена. И лишь грамотное командование заместителя коменданта помогло этого избежать.
