И пообещал я принести покой истерзанной душе.
Зачем я это вам рассказываю? Да просто все. Представим себе — живет семья. Вполне себе счастливая и довольная жизнью. У них есть любимый ребенок и скоро должен появиться еще один. Все у них хорошо, и я бы даже сказал, замечательно.
Отец в этой семье — честный служака. Нет, мелкие грешки, конечно, за ним водятся, но ничего особенного. Так вот они и жили, пока не случилась большая имперская проверка. И тут-то и выяснилось, что честный служака воровал не просто много, а буквально обдирал армию как липку.
Вагонами, можно сказать, тащил.
Проверка, быстрый суд, смертная казнь. Все, что нажито, было решено отобрать, а его семью выкинуть на улицу.
И никого не интересовало, что майор тыловых войск был лишь мелкой сошкой и просто даже физически не смог бы столько утащить.
И никого не интересовало, что доказательств его вины не было.
И так же никого не интересовала судьба его беременной жены и маленького сына."
"И особенно никто не придал значения тому, что у его непосредственного начальника появились огромные суммы на счетах, недвижимость в столице и за ее пределами, и так же несколько доходных предприятий.
Как и то, что жил он явно не по средствам.
При этом начальник того майора не только не помог бывшему подчиненному, хотя мог бы это сделать, а с удовольствием давал показания в суде, порой хоть и путаясь в словах, но выступая достаточно убедительно для судей — аристократов. Как же, благородный под присягой не может врать! Так как все было-то на самом деле, господин барон?
На протяжении моего рассказа его лицо претерпевало различные метаморфозы, от легкой, брезгливой заинтересованности и равнодушия до злости в конце.
— Не понимаю, к чему этот рассказ, Ваше Сиятельство.
— Ну как же? —деланно возмутился я. — Ведь это вы были на том суде и под вашим началом работал майор Новиков!
— Что-то такое припоминаю, — процедил он. — Ваша история занятна, но какое она ко мне сейчас имеет отношение? Суд вынес решение, приговор не был обжалован.
— Но вас самого совесть не мучила? Не хотелось помочь семье бывшего подчиненного? Тем более, что вам-то как раз отлично было известно, что его вины в содеянном нет.
— У меня нет времени и желания вмешиваться в судьбу преступников, -презрительно скривил он губы. — Ваш рассказ занятен, но не более. А теперь, если позволите, я провожу вас. У меня на сегодня запланировано множество дел.
— Да нет, сука. Больше у тебя никаких дел не будет! — не выдержал я.
