И тут до него дошло, что это до конца не собранные или, наоборот, разобранные направляющие рельсы для пуска реактивных снарядов. Такие установлены на машинах реактивных минометов, прозванных «катюшами». Он представил, как этот короб можно расположить на земле, вот и подпорки. А сюда укладываются снаряды. Нужен электрический запал. И тогда… Что это? Просто хлам, который кто-то затащил в тоннель? Дети играли? Или…
Нахмурившись от скверных предчувствий, Буторин поднялся, отряхнул руки и двинулся назад.
Светлый проем входа маячил впереди. Выключив фонарик, Виктор прибавил шаг, торопясь поскорее попасть на солнце. Подумать и обязательно доложить Шелестову. И показать Маринину! У самого входа он пошел медленнее, стал прислушиваться. Остановился, чтобы осмотреться по сторонам, убедиться, что поблизости никого, никто не видит его «экскурсий».
Вдруг снаружи что-то хрустнуло. Буторин замер, рука потянулась за спину, где за ремнем был пистолет.
Человек, шагнувший в тоннель, остановился, увидев направленное ему в лицо оружие.
Виктор всего секунду рассматривал незнакомца. Крепкое властное лицо, возраст – явно старше пятидесяти лет, выправка военная, на плече полупустой солдатский вещмешок. Буторин не успел приказать положить мешок на землю и поднять руки, как сбоку ему резко бросили в лицо что-то большое и тяжелое. В воздухе мелькнули лямки второго вещмешка. Буторин отпрянул назад, так и не нажав на спусковой крючок. Он не хотел стрелять на поражение в неизвестных людей, не будучи уверенным, что это враги.
Что-то тяжелое с твердыми углами в брошенном вещмешке ударило по локтю и в скулу, и тут же в проеме тоннеля появился второй человек. Крепкий, коренастый, с выпяченной челюстью, он ринулся на Виктора. Какое-то седьмое чувство подсказало Буторину, что у человека в руке нож. Еще не видя холодного оружия, он отшатнулся еще дальше назад, к другой стене тоннеля. Удар по руке, точно по пальцам, и пистолет полетел на землю.
Буторин успел опустить беззащитные руки, ставя их крестом. Именно в этот момент чужая кисть с зажатой финкой ударилась в скрещенные руки, но лезвие не достало до тела.
Игры в гуманность закончились. Теперь Буторин просто защищал собственную жизнь, не задумываясь о том, кто перед ним и почему на него напали. Его скрещенные руки развернулись, поймав нападавшего за кисть. Рывок, и Виктор завернул руку незнакомца назад так, что тот вскрикнул.
