Огненный поток

Я недоумевала, почему вдруг Полетт сбежала от нас, и вы, человек, который ее соблазнил и обрюхатил, были единственным тому объяснением. Когда вы пришли просить о работе, подозрение мое только окрепло. Я решила, что в моих руках вы раскаетесь в содеянном и навсегда избавитесь от своего порока. Но вышло иначе: наперекор всему, меня к вам тянуло, и я не нашла в себе сил устоять. Потому-то, наверное, я охотно верила дурному о Полетт, хотя она воистину безвинна. Во всем виновата я одна.

Захарий начал сдавать позиции.

— Я виноват не меньше вас, миссис Бернэм, — нехотя признал он. — Вы все берете на себя, но мы оба хороши. И я был готов верить дурному о Полетт, потому что это вроде как уменьшало наше с вами преступление.

— Да, мы оба грешны… — Миссис Бернэм осеклась, увидев ялик, отчаливший от линкора. — Лодка мужа! Сейчас он будет здесь, а я с визитами отправлюсь в город. Времени в обрез, мистер Рейд, умоляю, выслушайте меня!

— Слушаю, миссис Бернэм.

— Мы… нет, я была ужасно несправедлива к Полетт и хотела бы загладить свою вину, да только боюсь, что тогда откроется правда… о нас с вами.

— Значит, ей о нас ничего не известно?

— Разумеется, нет. Я не сказала ничего такого, что могло бы воспрепятствовать вашему с ней будущему.

Захарий вскинул бровь:

— Что вы имеете в виду под «будущим», миссис Бернэм?

— Ваше счастье, мистер Рейд. — Мадам пальцем смахнула слезу. — Теперь я понимаю, что вы с Полетт предназначены друг другу.

И если б не я, вы были бы вместе. — Она повернулась к Захарию, глаза ее блестели. — Я порочное, эгоистичное, слабое создание, мистер Рейд. Поддавшись искушению, я стала причиной больших бед, ваших и Полетт, которую искренне люблю. Уж я-то знаю, каково это, когда разрушают твою любовь, и мне мучительно сознавать свою вину в разлучении двух любящих людей. Не дайте мне сойти в могилу с таким грехом на душе. Я не изведаю покоя, покуда вы не воссоединитесь.

— Теперь уж ничего не поделаешь, миссис Бернэм.

Письмо мое получено, назад его не возьмешь.

— Выход есть, мистер Рейд. Извинитесь, объясните, что стали жертвой грязной сплетни. Вымолите прощение. Если я для вас хоть что-нибудь значу, сделайте это ради меня.

В голосе ее слышалась мольба, отказать которой было просто невозможно.

— Но как это осуществить? Полетт вряд ли захочет меня видеть.

— Об этом не тревожьтесь, мистер Рейд, я уже продумала, как вас свести.