Огненный Зверь

""Уходят"", - сказал Зверь.

Я вскинула голову. Мы стояли в тени, моя машина была темно-синей, поэтому люди, вышедшие из здания неподалеку от нас, в мою сторону даже не взглянули.

""Включай блокировку! - заорал Зверь. - У него дар Кирилла!""

Если бы меня спросили, как я это сделала, я не смогла бы ответить, я и сама не знала. Моя вера и моя любовь сделали это за меня. Несмотря на всю боль, терзавшую меня, блок чувств послушно включился. Возможно, это был не идеальный блок, и Кирилл бы смог почувствовать и через него, но Капюшон не Кирилл, пусть он и присвоил себе его дар.

Кирилл тренировался долгие годы, чтобы управлять этим даром так, как сейчас, Капюшон не мог сориентироваться так быстро и научиться всему, дар - это всего лишь дар, способность, которую надо взращивать и тренировать, главное - это люди, которые обладают этими способностями. Это меня и спасло. Никто меня не почувствовал.

Черные фигуры вышли из здания и пошли куда-то за него, видимо, там и были припаркованы их машины. Я не ошиблась, через пару минут, оттуда выстрелил свет фар сразу нескольких автомобилей.

Свет изменил направление, зашуршал гравий.

Я все еще чувствовала боль, значит, Кирилл был жив, и это было единственным, что в данный момент имело для меня значение.

""Давай, пошла"", - скомандовал Зверь.

Я выбралась из своей машины. Ноги не гнулись, меня шатало, но я упрямо тянула свое полуживое тело к зданию с освещенными окнами.

""Они не выключили свет, - предупредил Зверь. - Значит, кто-то вернется прибраться, возможно, не все уехали"".

""Главный точно уехал, - возразила я. - Остальных я убью"".

Впервые в жизни я так спокойно и хладнокровно думала об убийстве. О да, я готова была убивать, безжалостно и беспощадно, за все, что они сделали с нами, за то, сколько людей погубили.

Я распахнула заветные двери и вскрикнула, даже моя боль показалась мне несущественной по сравнению с тем, что я увидела.

Кирилл был подвешен за руки, они были связаны веревкой и прицеплены к крюку на цепи, которая уходила в потолок.

Он был раздет по пояс, а на его теле не было живого места, оно сплошь было в разрезах и ссадинах, джинсы по всей длине пропитаны кровью, внизу на полу - зловещая красная лужа.

Я бросилась к нему, подхватила за ноги, поддерживая и одновременно посылая пламя вверх, чтобы прожечь цепь.

Цепь упала с грохотом вниз, Кирилл обмяк, но я поддержала его не дав упасть, аккуратно уложила на пол. По моим щекам текли слезы бессилия.

Он был в сознании, приоткрыл заплывшие глаза.