Над широкой резинкой абсолютно ровный пресс без единой складки.
Извращенец. Морщусь брезгливо и удаляю снимок, чтобы не приглядываться.
Как-то Ленке назойливый поклонник прислал дикпик. Я сейчас себя примерно так же мерзко чувствую.
«Просто вызови асфальтоукладчик. Это поможет. У меня урок. Всего доброго», – сухо прощаюсь.
Проверив беззвучный режим на телефоне, отправляюсь в кабинет. По пути здороваюсь с коллегами и учениками. После занятий проверяю тетради с домашними заданиями и готовлюсь к новым темам на завтра.
Потом полчаса убеждаю завуча исправить учебное расписание. Почти каждый день у меня несколько окон между уроками, это напрягает.
Маргарита Степановна общается со мной как с ученицей старшего класса. Свысока и холодно.
– Милочка, как же я вам могу помочь? Учителей не хватает, кабинетов тоже. Приходится чем-то жертвовать.
– Моим временем?
– Все как-то относятся к этому с пониманием, – разводит она руками. – Возьмите еще пару пятых классов. И «окон» ваших в расписании не будет, и всем счастье.
– Нет. Вот такого счастья не надо, – мотаю головой и, так и не добившись результата, покидаю кабинет администрации.
Домой выезжаю поздно. Дождь, слава богу, закончился, но погода все равно оставляет желать лучшего: пасмурно, сыро и холодно. Так как попадаю в час-пик, получается еще и в пробке постоять.
Когда выхожу из автобуса на своей остановке, на улице уже темнеет.
Зайдя в квартиру, сначала пугаюсь, а потом расстраиваюсь. Ну что опять? Свет в ванной комнате и на кухне зажжен, в нос проникает аромат жареной картошки.
Желудок скручивается от голода.
– Еся, – выглядывает Саша. – Ты пришла?
– Что ты здесь делаешь, Саш? – расстегивая пальто и скидывая ботинки, устало спрашиваю.
– А я жду-жду. Хотел уже за тобой ехать."
"Я удивленно округляю глаза. За три года Саша нас с тетрадками из школы никогда не забирал. Сначала просила, настаивала, жаловалась, потом в один момент перестала. Его «четырнадцатой» все время не до меня: то стартер не крутит, то ремень слетает.
– Я мусор вынес и полку в ванной прибил.
Помнишь, ты просила?
– Это было полтора года назад, – отвечаю тихо.
– Только руки дошли, – смотрит на меня глазами побитой собаки. – Иди мой руки, Еська, будем ужинать. Я твою любимую картошку пожарил. С корочкой…
Глава 13. Антон
– А я ей говорю: «Ну далась тебе эта Анька, Зая! На нее ведь без слез не взглянешь. А ты у меня идеальная женщина. И красивая, и умная, и спокойная».
Парни ржут. Недовольно на них посматриваю и потираю подбородок.
